Гурьев Игорь (egor_23) wrote,
Гурьев Игорь
egor_23

Categories:

1993 Позор истории III

Официальное расследование октября 1993года (1993 Позор истории II)
Сотрудниками следственных органов прокуратуры и Министерства внутренних дел Российской Федерации проводились оперативно-следственные мероприятия в отношении доставленных в больницы города Москвы раненых, в том числе–находившихся в тяжелом состоянии или раннем послеоперационном периоде. В некоторых лечебных учреждениях было организовано дежурство сотрудников милиции с целью выявления и возможного задержания раненых сторонников Верховного Совета. Опасаясь за свою безопасность, многие раненые были вынуждены покидать больницы в первые дни после операции, что негативно сказалось на их здоровье. По распоряжению начальника ГМУ Соловьева А.Н. отделом стационарной помощи была собрана медицинская документация (история болезни, амбулаторная карта) на пострадавших “в результате противоправных действий в период с 21.09 по 6.10.93 г.”, а также копии 1 листа акта судебно-медицинского вскрытия на погибших. Окончательный список на 863 погибших и пострадавших, с указанием лечебного учреждения, в котором им была оказана помощь, или морга (для погибших) был передан следственным органам прокуратуры и Министерства внутренних дел Российской Федерации для проведения оперативно-следственных мероприятий. Изучение документов (приказов по ГМУ, Министерству здравоохранения Российской Федерации, оперативных сводок, стенограмм коллегий, докладных записок), а также некоторых других материалов показало, что:
1) руководство ГМУ и Министерства здравоохранения Российской Федерации (в дальнейшем–МЗ РФ), по-видимому, было информировано о готовившихся событиях в городе Москве еще в середине сентября 1993 года;
2) деятельность государственных медицинских служб была направлена на содействие реализации Указа № 1400; фактически руководство ГМУ и МЗ РФ встало на одну из сторон политического противостояния;
3) непредоставление медицинской помощи сторонникам Верховного Совета со стороны ГМУ осуществлялось с согласия правительства Москвы и являлось одним из рычагов давления на находившихся в Доме Советов; устранение от оказания медицинской помощи людям, находившимся внутри зоны оцепления, необеспечение врачей-добровольцев медикаментами, медицинским оборудованием, санитарным транспортом, запоздалая эвакуация раненых из Останкино и района Дома Советов на случайном, неприспособленном для этого транспорте привели к тяжелым последствиям для жизни и здоровья людей.
4) в соответствии с приказом руководства ГМУ, в ночь с 3 на 4 октября 1993 года 34 подстанция скорой и неотложной медицинской помощи города Москвы была передислоцирована из района расположения (улица 1905 года) в район Теплого Стана. Старший фельдшер 34 подстанции, выполнивший приказ о передислокации, был награжден Ельциным Б.Н. “за оказание медицинской помощи пострадавшим” и переведен на службу в структуры Министерства внутренних дел Российской Федерации;
5) изучение приказов начальника ГМУ Соловьева А.Н. показало, что руководством ГМУ решались задачи по недопущению организованных выступлений медицинских работников города Москвы в поддержку Верховного Совета, в том числе–путем повышения материально-финансовой заинтересованности руководителей структурных подразделений ГМУ в поддержке действий “президентской стороны” (за сентябрь-октябрь 1993 года их заработная плата была увеличена в 3,4 раза на основании распоряжения мэра Москвы Лужкова Ю.М.), а также по организации оперативного взаимодействия с подразделениями милиции и внутренних войск, осуществлявшими блокаду Дома Советов Российской Федерации, а также со средствами массовой информации;
6) специальным помощником начальника ГМУ, ответственным за информацию о количестве раненых и погибших во время событий 21 сентября–5 октября 1993 года был назначен корреспондент газеты “Московский комсомолец” Надеждин И.Ф., которым готовилась и активно распространялась по каналам ГМУ дезинформация медицинской тематики: занижение общего количества раненых и погибших, сообщения о нападении “боевиков Белого дома” на медицинские учреждения, захвате врачей в заложники, о “самоотверженной” работе ГМУ по ликвидации последствий событий 3-4 октября 1993 года, а также по дискредитации врачей медицинской бригады Дома Советов Российской Федерации;
7) в период после 4 октября 1993 года руководством ГМУ был предпринят ряд действий, направленных на дискредитацию врачей-добровольцев, оказывавших медицинскую помощь в Доме Советов Российской Федерации в период с 21 сентября по 4 октября 1993 года. Координатор медицинской бригады Спасательно-поискового центра ММА им.Сеченова был необоснованно обвинен в прессе в организации захвата заложников, незаконном ношении оружия, соучастии в попытке государственного переворота и других тяжких уголовных преступлениях; одновременно действия ответственных сотрудников ГМУ и их подчиненных были официально одобрены и квалифицированы как “участие в предотвращении попытки государственного переворота”.
О деятельности средств массовой информации во время событий 21 сентября – 5 октября 1993 года
Во время событий 21 сентября–5 октября 1993 года наиболее влиятельные российские средства массовой информации, в том числе электронные, ведущие российские информационные агентства активно поддержали антиконституционные действия Ельцина Б.Н. По свидетельству пресс-секретаря Президента Российской Федерации Костикова В.В., в событиях сентября–октября 1993 года: “огромную роль..сыграли журналисты и руководители большинства СМИ. Они решительно отказались сотрудничать с Верховным Советом и.. [и.о. Президента Российской Федерации – Авт.] Руцким. Важное психологическое значение имело Заявление Генеральной дирекции Российской телевизионной и радиовещательной компании (ВГТРК) в поддержку Указа Ельцина Б.Н. “О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации”.
Против Верховного Совета Российской Федерации велась информационная война, штабом которой являлась Пресс-служба Президента Российской Федерации. По свидетельству пресс-секретаря Президента Российской Федерации Костикова В.В., “с этого дня [21 сентября 1993 года – Авт.] и вплоть до драматических событий 3-4 октября 1993 года пресс-служба президента вела беспрецедентную по остроте, а точнее сказать психологическую борьбу с Верховным Советом. При этом ни от президента, ни от кого бы то ни было не исходило никаких указаний или ориентировок. Президент был слишком занят реализацией и защитой своего Указа №1400... Ему было, что называется, не до нас. Пресс-секретарь вынужден был действовать, опираясь исключительно на собственное понимание ситуации. Думаю, что работа пресс-службы в эти дни и недели была достаточно эффективной. И, видимо, не случайно пресс-службу президента по совокупности результатов и в самом Кремле и за его стенами называли “силовой структурой”. В этом была немалая доля истины. Мы и в самом деле чувствовали себя штабом информационной войны против коммунистического Верховного Совета”.
Другими государственными структурами, из которых осуществлялось руководство информационной войной против Верховного Совета Российской Федерации, являлись Министерство печати и информации Российской Федерации и Федеральный информационный центр, возглавлявшийся Полтораниным М.Н.
После обнародования Указа №1400 была установлена информационная блокада Верховного Совета Российской Федерации. Информация о позиции Верховного Совета, Съезда народных депутатов Российской Федерации, принимавшихся ими решениях, а также о поддержке этой позиции и решений органами государственной власти субъектов Российской Федерации, должностными лицами, общественными объединениями, организациями и гражданами замалчивалась или преподносилась в контексте, выгодном “правительственной стороне”. По свидетельству пресс-секретаря Президента Российской Федерации Костикова В.В.: “Руководство Верховного Совета остро чувствовало опасность информационной блокады...В этих условиях была предпринята отчаянная попытка...А.Тулеев предложил немедленно принять решение о снижении цен на хлеб, молоко, мясо, лекарства, детское питание. Но даже об этой приманке они уже не могли прокричать в народ. В стенах Белого дома бушевала буря слов, но на улицу вытекали жидкие ручейки. Огромная политическая машина Верховного Совета и съезда работала вхолостую. Изоляция депутатов усугублялась тем, что Министерство связи, возглавляемое В.Б.Булгаком, отключило в Белом доме телефонную и телеграфную связь, прекратило вывоз и доставку почты...Депутаты оказались отрезанными от регионов, на которые была их основная надежда. У них не было представления даже о том, кто поддерживает Советы, а кто Ельцина...Особенно хотелось бы отметить работу журналистов в эти дни. Профессионально они старались работать объективно. Они были как в Кремле, взаимодействуя с пресс-службой президента, так и в Белом доме, передавая информацию из окружения Хасбулатова. Но даже полученная из рук Хасбулатова информация работала против него. Устроенная им 25 сентября пресс-конференция обернулась крупным информационным проигрышем. Он не смог ответить на вопрос о том, какие воинские части и соединения поддерживают Верховный Совет. А его заявление о том, что к Белому дому “идут подкрепления и уже прибыли 12 курсантов военного училища”, только подтвердило тот факт, что армия не собирается выступать на стороне Советов. Собственные информационные возможности оппозиции были минимальными. В здании Белого дома работало несколько передатчиков армейского образца. Но они выходили на радиолюбителей и не воспринимались широковещательными радиостанциями. Сторонники Руцкого разбрасывали листовки...”.
Информационная блокада Верховного Совета Российской Федерации дала возможность “президентской стороне” воспользоваться известным в социальной психологии эффектом “спирали молчания”–сочувствующие позиции Верховного Совета граждане, прежде всего в регионах, не находя “своей” (в поддержку Верховного Совета) точки зрения в средствах массовой информации, оставались пассивными, публично не выражали отношения к происходившим событиям. Отсутствие массовых выступлений в защиту действовавшей Конституции и высших органов государственной власти Российской Федерации, в свою очередь, вело к постепенной деморализации народных депутатов Российской Федерации.
В то же время, в том числе, с подачи Пресс-службы Президента Российской Федерации, широко распространялась и комментировалась информация о якобы массовой поддержке антиконституционных действий Ельцина Б.Н. По свидетельству пресс-секретаря Президента Российской Федерации Костикова В.В., в результате скоординированных действий по информационной блокаде Верховного Совета Российской Федерации% “таяла на глазах иллюзия лидеров оппозиции, что стоит начать... в Москве – и огромные массы трудящихся поднимутся по всей России на защиту Советов. Это сказалось и на настроении депутатов. Они быстро трезвели. Депутат Б.В.Тарасов из Самарской области в своем выступлении с трибуны съезда говорил: “Я скажу тем, кто нас убеждал все время в наличии громадных марширующих колонн, только ждущих сигнала, что их ожидания оказались напрасными, построенными на песке. Да, огромное недовольство народа пока выражается в демонстрации здесь относительно героически настроенной, но небольшой части народа”. ...
Основываясь на докладной записке Отдела писем Администрации президента, пресс-служба передала в СМИ информацию о том, что в ответ на Обращение президента от населения поступает большое число откликов (писем и телеграмм) в соотношении 5:1 в пользу Ельцина. Это имело огромное политическое значение, поскольку даже явные противники Б.Н.Ельцина в регионах, прикидывая “за” и “против”, получив такую информацию, предпочитали занять выжидательную позицию”.

21 сентября 1993 года, накануне телевизионного обращения Ельцина Б.Н. к гражданам России, по указанию директора незаконного Федерального информационного центра Полторанина М.Н. были сняты с эфира радиопрограмма “Радио-Парламент” и телепередача “Парламентский час”. На государственных телерадиовещательных каналах фактически начала осуществляться незаконная цензура. По указанию Полторанина М.Н. телевизионный канал “Россия” был перекоммутирован на управление из телецентра “Останкино”, руководство которого, по свидетельству бывшего руководителя ВГТРК Попцова О.М., “с этого момента могло воспротивиться неугодной передаче”. Политическое руководство передачами первого телевизионного канала и ранее осуществлялось Полтораниным Н.М. По свидетельству Попцова О.М., “хотя Федеральный информационный центр, который он возглавлял, оставался в подвешенном состоянии, Полторанин почувствовал себя вершителем политических судеб. Вообще с момента назначения Брагина на пост руководителя компании “Останкино” полнообъемное политическое руководство Компанией осуществлял Полторанин. Во-первых, он чувствовал свою ответственность – кандидатуру Брагина Президенту предложил Полторанин. В ту пору его отношения с Президентом оставались хотя и в меньшей мере, но достаточно доверительными. Нужен был свой человек – исполнительный и не строптивый... В “Останкино” Брагин – человек для телевидения и радио чуждый – оказался в недоброжелательном кольце, и Полторанин страховал его ежечасно”.
Заявления и обращения должностных лиц, лидеров общественных и религиозных организаций, не устраивавшие по содержанию “правительственную сторону”, не передавались или подвергались купированию. Так, при передаче Обращения Патриарха Московского и всея Руси Алексия II по возвращении из поездки в США были опущены слова, что никакие обстоятельства не могут препятствовать снабжению Дома Советов водой, электричеством, продовольствием и медикаментами. Полностью Обращение Патриарха было передано только православной радиостанцией “Радонеж” для ограниченной, конфессиональной аудитории. Осуществлялись “утечки информации”, имевшие целью посеять недоверие к руководству “парламентской стороны”. Так, 26 сентября по центральному телевидению в программах новостей была распространена информация о состоявшихся накануне негласных сепаратных контактах министра безопасности Российской Федерации Баранникова В.П. с Председателем Совета Министров–Правительства Российской Федерации Черномырдиным В.С., в ходе которых Баранников В.П. заявил о своей лояльности Ельцину Б.Н. По свидетельству Крюкова М.М., “27 сентября у Дома Советов среди людей распространился слух: В.Баранников, назначенный Верховным Советом на должность министра безопасности, изменил, перешел на сторону бывшего президента. Тут сам Баранников появился на балконе Дома Советов. Но сомнения не рассеялись до конца: ведь телепередача-то была”.
При подготовке информационных материалов использовались приемы, содержавшие элементы неосознаваемого воздействия на людей, такие как публикации в окружении криминальной хроники, установление алогичных связей и формирование устойчивых ассоциативных рядов с негативными образами, использование ненормативной и жаргонной лексики, распространение астрологических и иных оккультных предсказаний и прогнозов.
В период с 21 по 30 сентября 1993 года по общероссийским телевизионными и радиовещательными каналами, а также в ряде центральных газет неоднократно распространялись материалы о необходимости и законности действий по блокированию Дома Советов Российской Федерации, формировалось негативное отношение к его защитникам, вырабатывался комплекс вины и переноса ответственности за все жертвы политического противостояния на сторонников парламента. Многие материалы явно способствовали разжиганию социальной розни и нетерпимости, создавали ощущение опасности возникновения гражданской войны. Формировалась устойчивая ассоциативная цепочка: “Хасбулатов и Руцкой хотят гражданской войны”. Внедрялся тезис, что защитники Верховного Совета Российской Федерации–алкоголики, наркоманы, психически неполноценные, больные люди, представляющие опасность для граждан, а сотрудники милиции и военнослужащие внутренних войск якобы охраняют мирных граждан от бандитов из незаконных вооруженных формирований Верховного Совета. В целях дискредитации руководства парламента и переноса на него сложившегося негативного отношения москвичей и сотрудников милиции к преступной деятельности в столице выходцев с Кавказа, формировался ассоциативный ряд: Хасбулатов – чеченец – чеченская мафия – преступность в Москве. При этом, собирая материал для подобных публикаций, некоторые журналисты не гнушались самыми “грязными” приемами. Так, по свидетельству Лейбова А., “любопытно было смотреть, как “журналисты” собирают свои “доказательства”. Один из них, например, привел с собой девицу легкого поведения, усадил ее напротив комсомольского лозунга, заголил ей грудь и начал фотографировать эту сцену. Меня удивила крайне сдержанная реакция окружающих – его даже пальцем не тронули, только попросили убрать аппарат и побыстрее покинуть площадь. Другой пытался сфотографировать “доказательства” пьянства” защитников Конституции, разложил для этого вокруг нашего костра принесенные с собой водочные бутылки... Некоторые репортеры не занимаясь съемкой явно “постановочных” кадров, тем не менее старательно охотились за относительно немногочисленными горлопанами всех мастей”.
По свидетельству Львова Е.А., находившегося у Дома Советов с 22 сентября 1993 года, он видел: “как репортеры (наши и западные) вытаскивали бутылки из-под спиртного, пустые, ставили их перед сидящими у костра пикетчиками и затем снимали получившуюся сценку на видеокамеры”.
Комиссии были показаны видеоматериалы, снятые во время блокады Дома Советов Российской Федерации сотрудниками программы “РТВ-Парламент”, которые свидетельствуют, что в период блокады Дома Советов Российской Федерации журналист газеты “Московский комсомолец” Холодов Д. неоднократно в сопровождении иностранных журналистов подходил с наружной стороны оцепления к сторонникам Верховного Совета, выбирал наиболее малокультурных, плохо одетых и неуравновешенных пожилых женщин из “Трудовой России”, вызывал их на матерную брань и другие экстремистские проявления, которые снимались на видеокамеру.
Среди печатных изданий наибольшую активность в подготовке и распространении указанных материалов проявила газета “Московский комсомолец” (главный редактор–Гусев П.Н.)–одна из самых многотиражных и популярных у массового читателя Москвы. За рассматриваемый период на ее страницах были опубликованы следующие материалы указанной направленности:
1. 23 сентября, № 183, “В Белом Доме раздают оружие каждому. Хасбулатов хочет гражданской войны?”, аноним;
2. 24 сентября, № 184, “Кто защищает БиДе? Усы и хвост мои документы”, авторы Погонченков А. и Зайнашев Ю. (“утром в Доме Советов уже толпились штатские люди с автоматами..милиционеры почему-то пропускали их в здание просто так–“усы и хвост мои документы”..Наибольшее опасение вызывают группки боевиков, рассредоточенные по базам в центре Москвы....Некоторые историки, изучавшие октябрьский переворот 1917 года, считают, что для предотвращения семидесятилетнего коммунистического кошмара было достаточно одного офицерского полка. У Ельцина сегодня этот полк есть – это московский ОМОН, у которого еще свежи в памяти первомайские события”);
3. 25 сентября, № 185, “Подонки из Белого Дома должны ответить за пролитую кровь!”, аноним (“из девяти задержанных (в связи с нападением на Штаб ОВС СНГ – Авт.) только трое являются москвичами. Причем Курданов и Константинов являются завсегдатаями вытрезвителей. Против Беляева еще в 1992 году было возбуждено уголовное дело по статье 218-й. Житель Одинцовского района Колендов – психбольной”);
4. 25 сентября, № 185, “Пауки в банке”, автор Гуревич М. (“ситуация идиотская. В Белом доме сидят: второй якобы президент, проворовавшиеся дубли силовых министров, сборище никому не нужных отставных депутатов. Пыхтят, бухтят....Действительно: пусть бы и сидели. Оставить их там одних, отозвать журналистов, убрать телекамеры. Вырубить отопление. С водой, правда, будут проблемы...мэр Москвы Юрий Лужков, глядя в окно на окруженное бомжами и потенциальными убийцами здание бывшего Верховного Совета, сказал:...”там две независимых системы водоснабжения и три артезианских колодца под ним”...А так–все есть... Даже тюрьма, наверное, собственная есть.. Обнести весь этот БиДе забором с колючей проволокой, поставить вышки, столбы “СССР” - вот вам и государство в государстве. Этакий бантустан Лесото, со всех сторон окруженное Южно-Африканской республикой.... И продукты могут кончиться, если горшки семечками не засадят. Того и гляди – каннибализм начнется.... Еще может возникнуть проблема с женщинами: мужской пол представлен в депутатском корпусе явно значительнее. Но у этой проблемы уже есть решение специальным постановлением Верховного Совета назначить женщинами некоторых депутатов-мужчин..”);
5. 26 сентября, № 186, “Защитники БиДе” стали бросаться на автомобили”, автор Фомин А. (“микроавтобус “РАФ”, принадлежащий коммерческому “Глория-банку”, подвергся нападению защитников Белого дома в ночь с пятницы на субботу на Краснопресненской набережной. ... Разбив стекла, хулиганы начали раскачивать автомобиль, пытаясь перевернуть его, а заодно и разобраться с шофером”);
6. 29 сентября, № 187, “Осада Белого Дома: число жертв растет. За шесть последних дней погибло 32 человека”, автор Фомин А. (“осада Белого дома дорого обходится москвичам. ...Периодически перекрываются то одна, то другая улица. ... Как сообщили нам в столичном ГАИ, ... уже с 21 по 26 сентября, то есть когда БД перешел на осадное положение, автокатастрофы унесли 32 жизни”);
7. 29 сентября, № 187, “Их надо сбросить с перевала”, автор Новодворская В. (“конечно, намерения Хасбулатова, Руцкого и Ильи Константинова развязать в России ядерную гражданскую войну можно считать смешным и даже посмеяться. Однако делу время, а потехе час. Надо обеспечить себе возможность смеяться последними... Советы надо ликвидировать на всех уровнях... Далее. Коммунистические и фашистские монстры из ФНС, РОС, РКРП, КПСС и т.д. на выборы не должны и показываться. Организации этого сорта указом Президента должны быть запрещены....У нас есть время дать землю в частную собственность. Указом Президента... Есть время создать национальную гвардию из демократов, вооружить ее и Союз казачьих войск.. Надо сохранить Президента, который вытаскивает страну за шкирку из социалистического болота. Чьи-то бесчестные руки толкают его к каким-то “нулевым” вариантам переизбрания всего и всех..Словом, не останавливайтесь на достигнутом. У нас хватает врагов. Их надо сбросить с перевала”);
8. 30 сентября, № 188, “Белый Дом болел за “Сконто”, автор Морозов А;
9. 30 сентября, № 188, “Сколько еще жизней нужно “патриотам?”, авторы Хайтина Ю., Колпаков А., Карташков В., Скобло С.
В этих публикациях вина за всех раненых и погибших 23-29 сентября безапелляционно возлагалась на защитников Верховного Совета (“Сколько еще жизней нужно “патриотам”?”). Сторонникам парламента были приписаны даже жертвы дорожно-транспортных происшествий (“Осада Белого Дома. Число жертв растет” от 27.09.93 г.). Должностные лица высших органов государственной власти Российской Федерации, противодействовавшие антиконституционным действиям Ельцина Б.Н., характеризовались не иначе как “якобы президент”, “проворовавшиеся дубли силовых министров”, “сборище никому не нужных депутатов”. Распространялись призывы к мести “подонкам из Белого дома”, для характеристики которых использовались образы кровожадных зверей (“пауки в банке”, “льют кровь”, “бросаются на автомобили”, без счета отнимают жизни людей), преступников (“хулиганы”, уголовники) и смертельных врагов (германских фашистов, стрелков из дивизии “Эдельвейс”, которых, апеллируя к словам популярной песни Высоцкого В.С., “нужно сбросить с перевала”). Подчеркивалось, что убийство во время нападения на Штаб ОВС СНГ москвичей–капитана милиции Свириденко В.В. и пенсионерки Малышевой В.Г. было совершено не москвичами, и к тому же–хроническими алкоголиками, уголовниками и психически неполноценными людьми, что осада Дома Советов Российской Федерации, ответственность за которую была безапелляционно возложена на сторонников Верховного Совета (“БД перешел на осадное положение”), дорого обходится именно москвичам. Публиковались предложения обнести территорию вокруг Дома Советов колючей проволокой с вышками, установить полную блокаду здания Парламента. От Ельцина Б.Н. требовали дальнейших антиконституционных действий–роспуска Советов всех уровней, запрета оппозиционных партий и движений, создания вооруженной “национальной гвардии” из “демократов” и передачи земли в частную собственность. Широко использовался криминальный жаргон с привлечением жанра “туалетного юмора” (“БиДе”). Смаковалась тема отключения канализации, антисанитарии и возможности возникновения эпидемий в Доме Советов, грязи его защитников, что вело к формированию негативного отношение к сторонникам парламента на биологическом уровне. Осмеивалась тема возможного голода среди оказавшихся в блокаде сторонников Верховного Совета (насмешливый совет блокированным в здании парламента засадить цветочные горшки семечками; использование сравнения защитников Верховного Совета с чернокожими каннибалами среди жителей “цивилизованной” Южно-Африканской Республики и др.). Слова, имеющие в русском языке положительный смысловой оттенок, такие как “защитник”, “патриот”, по отношению к сторонникам парламента употреблялись исключительно в кавычках, чтобы придать им обратный, негативный смысл. В итоге формировался сугубо отрицательный образ сторонников Верховного Совета как подонков общества и угрозы общественной безопасности, которых, в соответствии со сложившимися стереотипами массового сознания, не только можно, но и должно изолировать и подавить самым жестоким образом.
Информационную поддержку антиконституционным действиям Ельцина Б.Н. оказывали и другие столичные многотиражные газеты, в том числе –ориентированные, в первую очередь, на более интеллектуального, рационально мыслящего читателя, и потому сохранявшие в публикуемых материалах имидж беспристрастных, объективных наблюдателей и аналитиков. Так, в указанный период популярный еженедельник “Аргументы и факты” опубликовал статью “Стоит дом. Весь белый”, в которой описывалась мощная автономная система жизнеобеспечения Дома Советов Российской Федерации. Из статьи можно было вынести представление, что блокированным в Доме Советов ничего не грозит. В другой статье–“Тайна подземелья”– помимо новых сведений о совершенстве автономной системы жизнеобеспечения Дома Советов (якобы “все подземное сооружение..способно в течение многих лет служить убежищем для 10-12 тысяч человек”) описывалась мощная разветвленная система подземных коммуникаций, по которым, в частности “к Белому дому могут скрытно подходить и воинские подразделения, включая при необходимости даже танки и тяжелую артиллерию”. Утверждалось, что: “помимо складов продовольствия, одежды, средств гигиены и т.п. в подземельях находятся и склады с оружием, главным образом легким стрелковым...есть и более мощное оружие – некоторое количество гранатометов и даже ракет класса “земля-воздух” и “земля-земля”, способных поразить Кремль”.
В газете “Коммерсант-Daily” от 24 сентября 1993 года было сообщено, что якобы “в ночь с 21 на 22 сентября из бункера, расположенного во флигеле у Белого дома со стороны Рочдельской улицы, в здание ВС было перенесено большое количество стрелкового оружия и боеприпасов, в том числе гранатометы и пулеметы. ...Сформировано около 70 рот (стандартных, по 100 человек, разбитых на десятки). Боеспособность и выучку бойцов можно оценить как весьма профессиональную... Вызывает сомнение чисто оборонительная цель выдачи оружия резервистам. Создание ВС самостоятельной вооруженной группировки “непримиримых”, сохранить контроль на которой заведомо не удастся, преследует, скорее всего, далекую от обороны цель нагнетания нестабильности вокруг политического конфликта властей”.
Массированная информационная кампания дала свои результаты. Так, по свидетельству руководителя группы экспертов Высшего Экономического Совета Российской Федерации Гильбо Е.В., “фигура Хасбулатова, ненавистная обывателю, ставшая средоточием ненависти и изредка поддерживаемая только в качестве оппозиции Ельцину, была самым уязвимым местом в нашей позиции. На борьбу с “доктором чеченского права” Ельцин без проблем мог мобилизовать ненавидящую чеченцев московскую милицию, сыграть на разжигании национальной розни”.
Указанные действия средств массовой информации инициировались и координировались руководством “правительственной стороны” не только путем распространения официальных заявлений, обращений, интервью и иных материалов, а также проведения совещаний с редакторами и другими способами административного контроля и управления средствами массовой информации, но и путем выработки конкретных пропагандистских директив. Так, около 13 часов 30 сентября 1993 года заместитель министра образования Российской Федерации Асмолов А.Г., известный специалист по теории психологической установки, направил в Совет Министров – Правительство Российской Федерации разработанную им “Программу первоочередных социально-психологических мер “Белый дом”, предусматривавшую следующие меры:
“1. Обращение патриарха к бывшим депутатам Верховного Совета, собравшимся в Белом доме, с просьбой о предотвращении войны в России, дальнейшего наращивания конфликтной ситуации.
2. Средствами массовой коммуникации создать видеоряд по схеме “обыкновенный фашизм – коммунизм – Белый дом”.
Первые ходы: демонстрация фильма М.Ромма “Обыкновенный фашизм”; повтор майских пленок с демонстрациями и жертвами.
3. Лично о спикере. Несколько раз прокрутить по телевизору программу Л.Радзиховского о Хаcбулатове.
4. Просьба к Д.С.Лихачеву с предложением о выступлении перед интеллигенцией России в данной ситуации (сегодня).
5. Провести беседу с Сергеем Адамовичем Ковалевым: Прогнозы о ситуации в Белом доме. Перед беседой несколько фотографий заставки: Ковалев–Сахаров”
.
Некоторые электронные средства массовой информации были переведены на чрезвычайный, мобилизационный режим работы. Так, 30 сентября 1993 года председатель ВГТРК Попцов О.М. издал приказ о переводе Компании на работу в чрезвычайном режиме. Было установлено круглосуточное дежурство всех технических служб и служебного транспорта, созданы работавшие в круглосуточном режиме оперативно-информационные команды, усилена охрана. В период с 1 по 4 октября 1993 года в “проельцинских” средствах массовой информации распространялись материалы, внушавшие мысль о неизбежности “силового” разрешения политического конфликта, формировавшие “президентской стороне” образ “борцов с фашизмом”, а также иные материалы, направленные на обеспечение активной общественной поддержки антиконституционным действиям. Военнослужащие и сотрудники милиции поощрялись к жесткому подавлению “красно-коричневых боевиков”. В общественном сознании создавались образы “ложных героев”, выступавших на стороне Ельцина Б.Н. и погибших от рук “кровожадных” сторонников Верховного Совета. Для этих же целей формировались устойчивые ассоциативные цепочки “Баркашов=русский патриот=фашист”, “Баркашовцы поддержали Верховный Совет (коммунистов)= все защитники Верховного Совета = коммуно-фашисты”, “русский патриот (патриот)=фашист, красно-коричневый”. По рекомендации заместителя министра образования Российской Федерации Асмолова А.Г. создавался ассоциативный ряд “фашизм–коммунизм–Белый дом”, формировавший у разных социальных групп, воспитанных на положительных примерах борьбы советского народа с германским фашизмом, психологическую установку на отторжение сторонников парламента и оппозиции как якобы “коричневых”, что способствовало их общественной изоляции. В некоторых публикациях руководство Верховного Совета Российской Федерации, и.о.Президента Российской Федерации Руцкой А.В. безапелляционно связывались с политическими репрессиями периода правления Сталина И.В. Внедрялась мысль, что народные депутаты Российской Федерации, Председатель Верховного Совета Российской Федерации Хасбулатов Р.И. и Руцкой А.В., в случае восстановления конституционной законности, начнут политические репрессии. Дом Советов Российской Федерации и находившиеся в нем люди изображались как источник зла, нетерпимости, шпиономании и угрозы мирному существованию граждан, влекущий страну в ужасное прошлое. Напротив, Ельцин Б.Н. и его сторонники изображались в качестве воплощения сил законности, стабильности, свободы, демократии и светлого будущего. Внушалась идея о бесперспективности любых переговоров с “бывшими депутатами”, их “отказе разоружаться”. В указанный период продолжалась кампания по дискредитации руководства и сторонников Верховного Совета, разжиганию ненависти и неприязни к ним. У жителей Москвы создавалось ощущение повышенной опасности из-за якобы расползания по городу “коммуно-фашизма” и якобы находившегося в руках “невменяемых уголовников и бандитов” большого количества оружия. Создавался информационный миф о переходе ситуации в Доме Советов Российской Федерации под контроль некоего “военного совета”, не подчинявшегося руководству парламента. Одновременно формировался положительный имидж мэрии Москвы, якобы защищавшей москвичей от “незаконных вооруженных формирований” и, в то же время, якобы оказывавшей гуманитарную помощь блокированным в Доме Советов.


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments