Гурьев Игорь (egor_23) wrote,
Гурьев Игорь
egor_23

Categories:

Павел Краснов "Ситуация перед Коллективизацией"

Октябрьская Революция сильно облегчила жизнь крестьянина, но не решила принципиальных проблем, стоящих перед селом и страной.

Профессор Бирмингемского университета Р. Дэвис писал: «Новая экономическая политика была выдающейся удачей ... Производство в крестьянском хозяйстве в 1926 году было на том же уровне, что и дореволюционное сельское хозяйство, включая собственность землевладельцев. Производство пшеницы примерно достигло предвоенного уровня, а производство картофеля превышало тот уровень значительно, на 75% ... Количество скота ... в 1928 году увеличилось по сравнению в сравнении с 1914 годом на 7-10% ... Социалистическая революция принесла огромную пользу крестьянским массам.» (Елена Прудникова "Кулачество как класс")
У крестьян стало больше земли, кроме того, в реальности прямыми и косвенными налогами и поборами из бедняков и середняков до Революции выжимали намного большую долю урожая. Так в конце НЭПа - 1926/27 годах из деревня дала зерна для всех нужд - городов, армии, на экспорт 10 миллионов тонн, в то время как в 1909-13 годах примерно 18,8 миллиона тонн. При этом зерновых было собрано примерно столько же. (1922-1926 гг.), То есть русский крестьянин попросту стал существенно больше есть, впервые за десятки лет у бедняка и середняка появилась возможность поесть досыта нормальной качественной еды. Это, плюс широко развёрнутая по всей стране кампания распространения привели к увеличению продолжительности жизни по сравнению с 1913 годом на 11 с лишним лет всего через 5 лет после окончания Гражданской войны! А стартовая позиция была такая, что не позавидуешь – средняя продолжительность жизни в Гражданскую – менее 20 лет, последствия массовых эпидемий тифа, испанки, огромное количество бездомных, только беспризорных детей 4 миллиона, в разоренной стране не хватает буквально всего, а результат – рост продолжительности жизни за 5 лет более 11 лет жизни на человека, то есть примерно 2,1 года за год, в то время как царская Россия за 13 лет быстрого прогресса капитализма прибавляла примерно 2,5 года – менее чем одну пятую года за год. Разница более чем в 10 раз. Причём никаких особых сверхсовременных достижений и близко не применялось. До открытия антибиотиков Флемингом было ещё два года, а до их промышленного производства и массового применения – намного больше. Крестьяне просто перестали голодать, как при «эффективном строе» и применять лет пятьдесят как известные элементарные меры санитарии. Могло ли это же сделать царское правительство? Теоретически да, но даже и не планировало. Кого интересовали жизни крестьянских детей, когда алчным хлебным экспортёрам надо было набить карманы? Это очень хорошая иллюстрация того, была ли Советская Власть народной или нет.
Но все имеет и обратную сторону. Крестьяне стали больше и лучше есть, но производили фактически столько же. Следовательно, на рынок поступало намного меньше пшеницы. Из этого надо было кормить города, армию, продавать за рубеж для получения валюты. Из-за резко упавшей смертности (продолжительность жизни выросла более чем на треть), стало бысто расти сельское население и есть ещё больше. Круг замыкался.
Перед коллективизацией бедняки и середняки съедали 89% своей продукции и продавали на рынке только 11%, но это было 74% рыночного зерна. Крупные социалистические предприятия, колхозы (коллективные хозяйства) и совхозы (советские хозяйства – государственные аграрные предприятия) давали 1,7% всего рынка пшеницы, но они продавали 47,2% своей продукции. Почти 25% рыночного зерна давали сельские капиталисты - кулаки, которые составляли 5% крестьянства. Перед революцией на рынок около 70% зерна поставляли кулаки и крупные землевладельцы (помещики). Общий уровень обработки земли после Революции резко упал – землю получили в свои руки бывшие до этого безземельными и малоземельными совершенно неграмотные крестьяне, котрые до этого работали батраками у помещиков и кулаков. Обыденной была ситуация, когда формально земля числилась за бедняком, но в реальности ей владел его сосед-кулак, а бедняк батрачил на кулака. После ликвидации помещичьего землевладения бедняки и середняки, не имея инвентаря и необходимого количества тяглового скота (почти треть крестьянства в России была безлошадной), просто не могли эффективно обрабатывать свой надел. В результате быстрого роста населения и стихийно возникшего (земля в стране была общенародной собственностью) рынка земли к 1927 г. 7% крестьян (более 2,7 млн. человек) вновь оказались безземельными. После введения НЭПа кулаки неофициально скупили или за бесценок арендовали огромные посевные площади, которые мелкий производитель не мог эффективно обрабатывать.

Для сравнения - до Революции безземельными было 33% крестьян, в ряде областей - до 2/3 крестьян, а почти 32 % крестьян были безлошадными. В целом, перед Коллективизацией 35% составляли категорию беднейших крестьян. У 30% не было даже простейшего сельскохозяйственного инвентаря даже такого убогого и отсталого, как тогда в России. Их так и называли «безинвентарными». Примерно половина из них была вынуждена батрачить на кулаков - богатых крестьян, регулярно использовавших наёмный труд. Вторая половина либо горбатилась, работая технологиями времён бронзового века, либо сдав землю кулаку, перебивалась отхожими промыслами - примитивными ремёслами, подённым наймом и т.п. При «царе-батюшке» всё было намного хуже - таких бедняков было 65%, почти две трети сельского населения. Уровень их сельскохозяйственных знаний крестьян, получивших землю в результате Революции, как бедняков, так и середняков, бедняков дореволюционных, был крайне низок, несмотря на то, что они всю жизнь прожили в деревне. Большую часть жизни они просто выполняли то, что от них требовал помещик или кулак, у которого они выполняли основную тяжёлую, неблагодарную и чрезвычайно трудоёмкую работу. 60 % сельского населения, как сейчас пишут «имели допотопные орудия труда».  То есть попросту говоря, пахало деревянной сохой, использовавшейся ещё во времена Древнего Египта. Количество безлошадных крестьян к концу 20-х гг. почти достигло дореволюционного уровня, имея тенденцию к ухудшению [6,7] - 31 %. Регулярного голода и жестокого недоедания уже не было, но стоило ситуации резко измениться например, по причине крупного неурожая, как эти группы населения сразу оказались перед лицом голода. (Школа жизни (часть третья))
Неурожай, падеж скота, пожар, болезнь и смерть основного работника сразу же ставили мелкое крестьянское хозяйство на край гибели и в лучшем случае обычно приводили к кулацкой кабале – вечному долгу перед кулаком, из которого попавший в беду крестьянин уже редко мог выбраться. Базируясь на примитивной технике и ручном труде, имея земли в обрез и не имея возможности применять дорогие сельхоз машины и достижения современной агротехники, мелкое единоличное крестьянское хозяйство с трудом кормило само себя при огромных рисках. Частичное выдавливание бедняка с земли и её перераспределение в пользу кулака уже произошло и вызвало серьёзное социальное напряжение в стране. Каждый год свою землю теряли четверть миллиона крестьян, которые становились батраками у кулаков, уходили в города, где, не обладая достаточной квалификаций, частно социально деградировали и пополняля ряды нищих и преступников. В городах, где безработица и так была высокой, она росла с прибытием разоренных крестьян. Таким образом из села выдавливались, как и в царские времена, как правило, морально раздавленные и отчаявшиеся крестьяне.
Для построения нового общества на заводах и стройках был нужен не сломленный человек-винтик, готовый делать всё, что угодно, лишь бы его семья не умерла с голоду, а совершенно другой «человеческий материал» - молодые, полные сил, активные люди, с бьющей ключом энергией и жаждой преобразования мира. И Советский Союз их получил именно в результате Коллективизации и Культурной Революции.
Кулаков перед Коллективизацией было примерно 5% сельского населения, перед Революцией они составляли 15% крестьян. [6,8]

Уменьшение процента сельской буржуазии произошло по нескольким причинам – они оказали яростное сопротивление Советской Власти и были частично истреблены в ходе Гражданской войны, частично они бежали из страны, у значительной части средства производства и земля были конфискованы как у врагов новной власти или саботажников. Кроме того, в Гражданскую часть населения бежало из городов в деревню, где было проще выжить. Естественно, бежавшие горожане стали бедняками и середняками, несколько увеличив их долю. Но самой важной причиной был естественный прирост бедняков и середняков при Советской Власти - из-за лучшего питания и общего улучшения условий жизни: происходило быстрое разделение крупных семей из-за возможности занять изъятую у помещиков и церковников землю. Количество крестьянских семей увеличилось очень быстро и весьма значительно- с 19,5 миллиона в 1917 до 25 миллионов в 1927 году. Численность средней семьи уменьшилась с 6,1 до 5,3 человек.  Там, где до Октябрьской Революции крестьянская семья не могла позволить себе женить сына, потому что для новой семьи не было земели, теперь могла это сделать. Естественно, разделившаяся семья середняков, богаче не становилась – сын получал часть инвентаря, а старая семья теряла работника, несмотря на общинные традиции. В отделившихся семьях быстро появлялись дети, в результате население быстро росло, а количество пригодной для обработки земли на человека – столь же быстро падало. Советская Власть, как и царская в своё время, опять встала перед лицом аграрного перенаселения и «чёрного тупика.» Кулак стал составлять абсолютное меньшинство в деревне, но его влияние было огромным. Обыденным делом был захватыват кулаками контроля надо общественными фондами, кооперативами и даже сельскими Советами. «В 1927 году 38% крестьян были объединены в потребительские кооперативы, но часто ими руководили кулаки. Эти кооперативы получили 50% хозяйственных субсидий, остальные были инвестированы в частные владения, в основном кулацкие»
Кулаки были практически поавльно антисоветски настроены. Их интересы и интересы подавляющего большинства крестьянства, интересы которого выражала Советская Власть, были принципиально несовместимы. Например, была ли Советская Власть заинтересована в ликвидации многовековой бедности и нищеты в русском селе? Безусловно и делала для этого очень много. А был ли в этом заинтересован кулак? Ни в коем случае, он был заинтересован прямо в обратном – росте бедности и нищеты в селе, чтобы за бесценок получить землю разорившихся соседей и рабочие руки, готовые на любые условия, только чтобы не умереть с голоду. Была ли Советская Власть крайне заинтересована в ликвидации просто африканской безграмотности в стране? Безусловно, как по причинам идеологическим (всестроннее развитие человека – одна из главных целей большевиков), так и чисто практическим – без этого нельзя было совершить Индустриализацию. Был ли в этом заинтересован кулак? Ни в коем случае. Грамотным людям проще объединиться и отстаивать свои права. Они без проблем могут писать жалобы в органы Советской Власти, в состоянии получать информацию о происходящих в стране переменах, будут обучаться современным сельхозтехнологиям из газет и журналов в избе-читальне и так далее. Будут из таких грамотеев хорошие батраки? Хорошие с точки зрения кулака – забитые и безропотно согласные на любые условия? Нет, конечно. Поэтому у кулаков такую ярость вызывали открываемые по всей стране в сёлах Дома Культуры, школы. Поэтому кулаки убивали школьных учителей и работников клубов и домов культуры едва ли не чаще, чем коммунистов и комсомольцев. Целью большевиков было искоренение извечной русской бедности на селе. Бедность в России тогда значила по сути медленную смерть от недоедания, а регулярный жестокий голод, фактическое отсутствие медицины, образования, полная недоступность культуры. Всеобщее искоренение бедности для кулака означало совсем другое – то что он вообще останется без батраков. По сути, воплощение программы Советской Власти в тех условиях означало ликвидацию основ кулацкого хозяйства, а воплощение чаяний кулака означало ликвидацию принципов Советской Власти и идей большевиков. Даже ярые антисоветчики признают, что Советская Власть всячески заботилась о бедняках, не удивительно, что бедняки были почти тотально просоветски настроены (там же) и считали Советскую Власть «своей».
Примирение с кулаком было невозможным как по идейным, так и по чисто экономическим причинам. Это прекрасно понимало и подавляющее большинство коммунистов, особенно те, кто видел их в реальности, а не рисовал себе в голове абстрактные картины в московских кабинетах. «Разве мы когда-либо обязывались вести такую политику, которая могла бы удовлетворять все социальные группы деревни, в том числе и кулаков? И вообще, разве мы можем вести такую политику, которая удовлетворяла бы и эксплуататоров и эксплуатируемых?»  На селе по факту шла жестокая классовая и мировоззренческая борьба. Это было совершенно неудивительно после Гражданской войны, однако в реальности серьёзное противостояние на селе началось ещё со столыпинских реформ.
Антисоветские пропагандисты, «забывая» о резком социальном расслоении на селе пытаются представить как «гражданскую войну против всего крестьянства». Эта традиция идёт ещё со времён истеричной западной пропаганды 30-х годов и так же она опровергнута хотя бы минимально беспристрастными западными учёными. (КОЛХОЗ) Да, это была, по сути, холодная гражданская война, но не против всего крестьянства, а против его ничтожной части – 5 % в интересах 95%. Более точное определение происходившего – «классовая борьба», автор этого выражения как и определения социальных классов, не Маркс, а Гизо.
Советская Власть придерживалась жесткой политике низких закупочных цен на зерно. Политика в разные годы несколько варьировалась, но в целом ситуация была примерно такой – определенное количество крестьянин обязан (это можно рассматривать как вид налога) был сдать государству по фиксированным закупочным ценам, оставшуюся часть мог реализовать на свободном рынке по свободным ценам. Именно из зерна по твердым низким ценам кормились города, формировалось довольствие Красной Армии, этим зерном кормили преподавателей, студентов и школьников, на это зерно восстанавливалась разрушенная войной страна, это зерно продавалось на экспорт и на валюту закупались современные технологии и оборудование. Приоритетной закупкой было как раз оборудование для тракторных заводов. Но это вовсе не было «грабежом крестьянства», как это пытаются представить антисоветские пропагандисты. Что показательно, «грабежом» это не считали и сами крестьяне, точнее, их абсолютное большинство, за исключением кулаков. Грабежом крестьянства занимаются как раз сельхозмонополии во всем мире. Свободный рынок зернам – это для них, а для фермера в реальности – жесткие и весьма низкие цены на продукцию.
Советское Государство, фактически, было суперкорпорацией, но суперкорпорацией своей, созданной для трудового народа и поэтому крестьяне получали свою приоритетную долю благ от государства бесплатно или по чрезвычайно низким ценам. Поэтому трудовые крестьяне и считали это честным: «Мы вам, как свои, подешевле, ну и вы нам также. Свои люди, сочтёмся.» Это был, по сути, социальный договор между крестьянством. Крестьяне, фактически по бартеру, по низким ценам поставляли зерно, а в ответ получали

Бесплатные больницы, докторов, фельдшеров и медсестёр, бесплатные школы (для которых государство за свои средства обучало учителей), бесплатные библиотеки и дома культуры. Это было то, что при «богопомазанном» крестьяне и мечтать не могли. Государство направляло в село подготовленных специалистов, владеющих современными сельхозтехнологиями – зоотехников, ветеринаров, агрономов и т.д. Крестьянское зерно шло на индустриализацию и приоритетными были как раз нужды села – в первую очередь строились металлургически и тракторные заводы. Трактора и сельхозтехника шли в село, удобрения, сортовые семена и племенной скот – шли в село и т.д. Однако, кулаки имели кардинально другое мнение. Школы и больницы их интересовали мало. В конце концов, они были в состоянии и заплатить за это. Их интересовала прибыль. Здесь и сейчас. Никакие убеждения, попытки договориться и объяснить ничего не дали.
Осенью 1924 года, после крупного неурожая, не удалось выполнить план закупок зерна по фиксированной цене. Кулаки и частные торговцы скупили пшеницу на рынке и спекулировали на повышении цен весной 1925 г. В результате в мае 1925 г. Советскому государству пришлось удвоить закупочную цену на хлеб. Это было серьёзной победой кулака. Советское Государство, по сути, капитулировало перед кулаком, планы экспорта пшеницы были сорваны, естественно, были сорваны и планы закупок и соответственно, импорта промышленного оборудования и технологий. Ободрившиеся кулаки стал активно расширять своё влияние. В 1926 году кулаки контролировали уже 20% рынка пшеницы и сделали крупные хлебные запасы в урожайные годы. В 1927 году опять был неурожай пшеницы. Беда для всей страны -неурожай был для них праздником и возможностью крупно нажиться. Кулаки открыто начали придерживать и скупать хлеб для спекуляции весной. К началу 1928 г. дефицит составил 128 миллионов пудов зерна. В стране стала складываться критическая ситуация. Вводились хлебные карточки, там где их ещё не было, урезались нормы. Кулаки же готовились к крупным прибылям на беде всей страны. Страна встала перед прямой угрозой голода и полного срыва планов ввоза промышленного оборудования. Все было ещё хуже – было очевидно, что надо будет сокращать фактическую зарплату рабочих, «выраженную в хлебе», а значит срывать планы индустриализации страны. Срыв планов индустриализации означал довольно скорую смерть от иностранной интервенции и надвигавшейся мировой войны, что нисколько не скрывалось. Возникла серьезная опасность подрыва текстильной промышленности. Льняные и хлопковые районы страны встали перед острой нехваткой зерна – они его по определению производят мало, давая совершенно другую продукцию. Если им не поставлять достаточно хлеба – они умрут с голоду или от отчаяния начнут сеять хлеб вместо хлопка и льна. Это означало оставить текстильную промышленность без сырья. Советское Правительство было вынуждено начать использовать зерно из хлебных резервов. Это было крайне опасным - без хлебных резервов в случае неурожая или войны начинался массовый голод с гибелью огромного количества людей.
Почему же кулаки ранее, до 1928 г., сдавали зерно по твердым ценам, а в 1928 году перестали это делать? Причина была в объективных процессах, происходящих в стране и логике развития подобных систем. Кулацкие хозяйства начали расширяться. Крупно нажившись на спекуляции зерном в предыдущие годы, они создали инфрастуктуру для хранения и обработки зерна – амбары, хранилища, риги (зерносушилки), мельницы и т.д. Произошло укрупнение и усиление кулацких хозяйств. Сельский капиталист почувствовал свою силу и начал диктовать условия. Они не сомневались, что Советская Власть капитулирует перед ними так же, как и тремя годами раньше. В селе началось усиление кулацкого террора – они фактически ничего не боялись. Результат был для них весьма неожиданным.
Состоявшийся в декабре 1927 г. XVсъезд партии провозгласил политику вытеснения и ограничения кулака. Основываясь на решениях съезда вянваре 1928 года Политбюро единогласно решило принять особые меры по изъятию пшеницы у кулаков и зажиточных крестьян по фиксированным низким ценам, чтобы избежать голода. Просим заметить – речь шла не о конфискации, а об изъятии излишков хлеба, предназначенных для спекуляции по фиксированным ценам, чтобы подкосить спекулянта, но не допустить подрыва хозяйства. Началось интенсивное контрнаступление на кулака: были повышены налоги на доходы кулаков, сельский совет мог отнять пустующие земли, количество рабочих, которых они могли нанимать, было ограничено. Ни о каких репрессиях речь ни шла. «Многие еще до сих пор не могут объяснить того факта, что кулак давал хлеб в порядке самотека до 1927 года, а после 1927 года он перестал давать хлеб в порядке самотека.... Если раньше кулак был еще сравнительно слаб, не имел возможности серьезно устроить свое хозяйство, не имел достаточных капиталов для укрепления своего хозяйства, ввиду чего он был вынужден вывозить все или почти все излишки своего хлебного производства на рынок, то теперь, после ряда урожайных годов, когда он успел, обстроиться хозяйственно, когда ему удалось накопить необходимые капиталы, – он получил возможность маневрировать на рынке, он получил возможность отложить хлеб, эту валюту валют, в резерв для себя... Смешно было бы теперь надеяться, что можно взять хлеб у кулака добровольно.Вот где корень того сопротивления, которое оказывает теперь кулак политике Советской власти.»- речь Сталина
Очень интересный момент описывал Сталин 2 года спустя: «Из чего исходил XVсъезд, провозглашая усиление политики ограничения (и вытеснения) капиталистических элементов деревни? Из того, что, несмотря на это ограничение кулачества, кулачество, как класс, все же должно остаться до поры до времени. На этом основании XVсъезд оставил в силе закон об аренде земли, прекрасно зная, что арендаторами в своей массе являются кулаки. На этом основании XVсъезд оставил в силе закон о найме труда в деревне, потребовав его точного проведения в жизнь. На этом основании была еще раз провозглашена недопустимость раскулачивания.» Очень интерсным и показательным тут является вопрос о стихийном раскулачивании, которое начали крестьяне самостоятельно, был настолько острым, что о его недопустимости заявил съезд партии. Это было начало перехода противостояния между социальными классами на селе в открытую фазу. Состояние села во многих районах можно было описать как «холодную гражданскую войну». Невидимая рука рынка начала истреблять советских людей тысячами. Чрезвычайно мягкие законы только раззадоривали кулаков. Страну захватил лютый кулацкий террор. Но об этом позже. В ответ на это началось стихийное раскулачивание, которое приняло такие масштабы, что инструкции сельским коммунистам не допускать его вынужден был заявлять съезд. Именно в те годы начал активно появляться на сцене пока ещё слабый, но очень перспективный конкурент кулака – колхозы.
В 1927 году ещё чрезвычайно очень слабые колхозы дали 0,57 млн т рыночной пшеницы в то время как кулаки - 2,13 млн.  Причем в колхозы в тот период вступали исключительно добровольно. Партийное руководство, объединенное вокруг Сталина, видело единственный выход: развивать колхозное движение как можно быстрее. Колхозы были готовы к заключению социального договора с Советской Властью, которую считали своей и чрезвычайно активно поддерживали. Колхозы были готовы на низкие цены на зерно и были готовы потерпеть несколько лет, пока в колхозы не пойдёт современная сельхозтехника, удобрения, пока не выучатся будущие агрономы и зоотехники. По сути, колхозы были готовы дать это как бы в долг. Надо сказать, что Советское Государство выполнило свой договор. Колхозы не только получили технику, жизнь на селе просто преобразилась. Крестьянские дети выучивались бесплатно в школах и институтах и становились инженерами, учеными, военноначальниками, государственными руководителями. Низкие цены через некоторое время компенисировались резким, фактически взрывным ростом производительности труда в результате применения современных аграрных технологий, о которых вчера крестьяне не могли и мечтать. Колхозы были спасением страны. До этого, что делать, в принципе, никто не знал. Чтобы разглядеть в наивных «сельских коммуниях» спасение страны, для этого надо было быть гением. Ленин, увидевший в колхозах путь к новому обществу, таким гением и был. Если бы трудовое крестьянство не приняло колхозы и не понимало, что это выход из «Чёрного тупика», коллективизация была бы невозможна.
Становилось очевидным, что у кулаков появился очень серьёзный конкурент, тем более не воюющий, а сотрудничающий с властью. Вступление бедняков в колхозы означало, что кулак останется без наёмных работников, то есть его экономическая база будет не просто подорвана, а уничтожена. Как отреагировали кулаки на появление конкурента «эффективные собственники»? Чисто по-рыночному – террором. Обычными были зверские избиения и убийства сельской буржуазией (кулаками) и мракобесами комсомольцев, пионеров, учителей, трактористов. При одном милиционере на несколько деревень, а то и на район власть в реальности почти ничего не могла с этим поделать. Союзником кулаков были церковники любых конфессий, очевидно, что основную роль играли РПЦ и мусульманские лидеры различных окрасов. В крайне отсталой и тёмной Росси а власть церковников над значительной частью населения была очень сильной и являлась одной из главных опор прежнего режима. В годы Гражданской войны церковники в своей массе выступили против Советской Власти, а Советская Власть национализировала церковные земли и, в целом не осталась в долгу. Церковь была крайне антисоветски настроена. Советский Союз снова был на грани войны после решения Лондона разорвать дипломатические отношения с Москвой. По всему миру прошли провокации против советских посольств и представительств. Во Франции, не скрываясь, началось строительство оборонительной линии беспрецедентной мощи – Линии Мажино со сроком окончания строительства в конце 30-х годов. Это означало одно – к концу 30-х в Европе будет большая война и она вряд ли минует Россию. Подготовка в современной войне означало экстренное проведение индустриализации, а её нельзя провести без коллективизации.
В целом, ситуация была следующей. К концу 20-х годов советская деревня, где жило 90% населения страны подошла в состоянии социального раскола. Внешнеполитическая обстановка резко накалялась. Внешние враги Красной России, убедившись, что большевистская власть не рухнула под грузом внешних проблем, взяли курс на её силовую ликвидацию. Замаячил призрак новой гражданской войны и интревенции. Ситуация складывалась критическая. Или Индустриализация в кратчайшие сроки и создание современной армии – или смерть от иноземного вторжения с массовой поддержкой враждебных классов. Всё это упиралось в тот самый «Чёрный тупик», единственным спасением из которого была Коллективизация.
В сложившийся ситуации кто-то должен был уйти в небытие – или Советская Власть, вместе с Россией, как независимым государством, или класс кулаков. Компромисса быть не могло.
                                                            Литература:
1. R.W.Davies, The Industrialisation 01 Soviet Russia 1: The Socialist Offensive; The Collectivisation of Soviet Agriculture, 1929-1930. Cambridge, Massachusetts: Harvard University Press, 1980, р4
2. Там же стр. 16 (Ibid., р. 16)
3. Там же стр. 25 (Ibid., р. 25)
4. Николя Верт, История Советского государства. 1900-1991. Глава V. Годы нэпа (1921 — 1928) стр.5, Прогресс-Академия 1992 пер. с фр. http://singulyarnost.ru/history/vertrusshistory_5.shtml
5. Людо Мартенс, “Запрещенный Сталин”, М. Яуза: Эксмо, 2010. Стр 79-80
6. «Статистический сборник 1914»
7. А. Купцов, "Миф о красном терроре". Москва, "Крафт +", 2008 г. С. 390
8. А.М. Краев, “Победа колхозного строя в СССР”, М. 1954, с.187
9. Lynne Viola, The Best Sons 01 the Fatherland: Workers in the Vanguard 01 Soviet Collectivisation” New York: Oxford University Press, 1987, р. 22.
10. M. Levin,“RussianPeasantandSovietPower”, Evanstone, 1968
11. И.Сталин, «О правом уклоне в ВКП(б)»: Речь на пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) апр. 1929 г.ПСС, т.12, с.104
12. И.Сталин, «Первые итоги заготовительной кампании и дальнейшие задачи партии» ПСС, т.11, с.19
13. И.Сталин, ПСС, т.12, с.183 исх. публ. “Красная Звезда” № 18, Сталин И.В. К вопросу о политики ликвидации кулачества, как класса от 21 января 1930 г.
14. Сельскохозяйственная энциклопедия. Первое издание. т.3 ОГИЗ РСФСР, М. 1934
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Нам нужен такой учебник истории...

    «Нам нужен такой учебник истории СССР, где бы история Великороссии не отрывалась от истории других народов СССР, — это во-первых, — и где бы…

  • Полоскание....

    « Героя», или бога с поднятыми добровольно руками перед человеком, прозванного « стрелком», а не падалью, полощат не один день.…

  • Конференция РСДРП(б)

    VII (Апрельская) Всероссийской конференции РСДРП(б) (7-12 мая (24-29 апреля) 1917 г.) Партия - это миллионов плечи, друг к другу прижатые туго.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments