egor_23

Category:

Автопортрет (Часть сорок девятая)

Где интересно ныне платная медицина? Нет её. Вопрос:-" Если начальник Вам не платит заработную плату а Вы болеете и он это знает, то не является ли поведение начальника по отношению к  Вам геноцидом"?

Вопрос то простой, а если его продолжить? А точнее рассуждать  в этом ключе, что почему-то не делается сегодня, и всё сводится к банальному, мол надо и, ого-го как плохо, мол нравы упали, а вот в лоне РПЦ... Короче бред он и в Африке. Так вот, у самого начальника как в душе и сердце? Перед нами типичный бизнесмен, который сознательно (потому что подонок) уничтожает  человека, и доказать что он подлец нельзя и, не потому что суд такие доказательства не принимает, а потому, что обществу на него плевать. "Да я сытая свинья..."! Общество заполонили подонки, и уже небольшие примеры иного поведения, воспринимаются в этом обществе как некое чудо, как некое откровение. Глядь, кретин место бабушке уступил, да она паскуда на рынке больше зарабатывает (сам слышал), вон "очкарик" пошел... умный человек, читающий книги, не пьющий.. сегодня в России изгой, ему негде приложить свой талант, и он по большему счету стране не нужен. Я сам знаю молодых людей, образованных, которые не могут приложить свои силы... кроме того, в России есть целые регионы которые вообще в умных не нуждаются. Вы не найдете там работы, кроме самой черной и Ваше образование работодателя совсем не интересует...(48,47,46.)

Государство Россия не имеет сегодня четко выраженной оценки. Большинство оценок, которые я читаю, негативные, и эта негативность исходит даже с коридоров власти, и парламента и, Вы мало найдёте тех в стране, кто бы полностью оценил позитивно перспективу страны. Кроме того, позитивизм этот строится на мифах и на простых словах и выражениях, где ключевым тезисом является "Россия с колен". Перед нами результат реформ 90-х и, 2000-х, и мне как-то неловко за наше правительство, руководитель которого вдруг осознал, что санкции это некая угроза... впрочем анализировать всё то,ч то там говорят не буду-не потому что нечего, а потому, что не хочу. Хватит, начитался бестолковости в разных пожеланиях, в  тех бумагах, названных документами или стратегиями, что звучит "круче", но от звука никто еще не развивался...

И что мы видим? Мы живём в той стране, которую не понимает даже правительство а народы страны, которые позволяют уничтожать себя своими же руками, потерял всякую историческую перспективу.  Новые российские собственники исходят из того, что общего блага не существует вообще, а, следовательно, он не имеет к этому никакого отношения. Всё, попавшее в его руки, российский современный собственник рассматривает как свою добычу и личную привилегию, считает проф. МГУ им. Ломоносова С.С.Дзарасов. «Этим он отличается от своего западного двойника, который признаёт, что частная собственность необходима не только для частного присвоения, но и для выполнения определённых общественных функций. Без этого она всегда будет объектом общественного посягательства и не сможет остаться неприкосновенной».
Кстати, если кто не знал, то я открою Африку-собственность священна и неприкосновенна только в том случае, если она легитимна. Тогда она вызывает уважение в обществе. И только при этом условии частная собственность становится социально-экономической основой гражданского общества. Но подавляющее большинство населения России не принимает итогов приватизации 1992-1995-х годов, не считает собственность, появившуюся в результате этой приватизации легитимной. Да и само государство, по существу, придерживается такого же взгляда и время от времени открыто это показывает. «Право частной собственности носит настолько эфемерный характер, – справедливо полагает мной ненавистный, директор российских и азиатских программ Института мировой безопасности (США) Н.Злобин, – что в стране нет более запуганных и политически лояльных людей, чем люди с собственностью». Как в Золотой Орде хан давал ярлык на княжество, так нынешние российские собственники, включая олигархов, получали в 1990-х годах ярлык на владение собственностью. С обезоруживающей откровенностью недавно это признал О.Дерипаска: «Я готов в любой момент отдать все свое состояние по первому требованию Владимира Путина». Вдумайтесь в это. Это я не пишу-ОСНОВА НАШЕЙ ЭКОНОМКИ! Вы его психологию оцените. Это что, с такими мыслями можно нами управлять? Так и это не всё. Даже если предположить существование в нынешней России какой-то части предпринимательского сообщества, совершенно некриминализированного, или, скажем более мягко, криминизированного в минимальной степени, то судьба его незавидна. Он не может рассматриваться в качестве социального фактора. (Посмотрите на своих знакомых кто входит в ИП) Эта ответственная общественная роль в нынешних условиях ему не по силам. Даже настроенный на самостоятельность, т.е. проигнорировавший теневые (или полутеневые) структуры предприниматель с того момента, как только его предприятие начинает эффективно работать, становится лакомой добычей для криминалитета, который рано или поздно овладеет его успешным бизнесом. Методика отъёма приносящих прибыль предприятий у законных владельцев чётко отработана. Чаще всего с помощью или при попустительстве государственных служб («силовиков»). Рейдерские захваты даже крупных предприятий, не говоря уже о средних, – набивший оскомину сюжет современных российских масс-медиа. (Эту войну ведет само государство которое ни разу не приняло мер в отношении хапуг) 

Бизнес в сфере производства – рискованное в современной России занятие. Зафиксировав место нахождения предприятия, его владелец сразу становится объектом постоянного интереса многочисленных, прежде всего, государственных учреждений – муниципальных, милицейских, налоговых, пожарных, санэпидемических, гостехнадзорных, контрольно-ревизионных и т.п., после чего начинаются поборы. (Опять же в скобках-а зачем столько контроля? Я то за контроль но такой, какой был в СССР а сейчас?) Разумеется, никто ему не оказывает помощи. И если даже при этих условиях его бизнес является успешным, тогда возникает ещё большая опасность – предприятие могут отобрать. «Простейший способ поглотить приглянувшуюся компанию, – пишет проф. МГИМО Г.Цаголовнанять бригаду рейдеров, профессиональных захватчиков чужого бизнеса, которые проведут все необходимые мероприятия и решат проблемы со старым владельцем, не афишируя заказчика».

Собственность в нынешней России не является надёжным социальным субстратом. По существу, нынешний российский собственник беззащитен. Ни о какой его самостоятельности не может быть речи, он не может быть социально-экономической опорой общества. Тогда кто? Чиновник? Власть? Не кажется ли Вам что уже веет холодом ужаса и кошмара когда начинаешь об этом думать?  Надо ли напоминать, что в отношения конструктивного социального сотрудничества могут вступать только полноценные, уверенные в своём праве собственности, а потому независимые и ответственные за свои поступки граждане. Но возникшие в 1990-х годах отношения собственности полностью исключили такую возможность. В нынешней России нет сообщества законопослушных и независимых предпринимателей, а «независимый собственник в нынешней России» – один из социальных фантомов, призванных облагородить созданную реформаторами экономическую модель. Так что там насчет капитализма? И ЭТОТ КАПИТАЛИЗМ НАМ УЖЕ ПРЕДЛАГАЛСЯ В ФЕВРАЛЕ 1917 ГОДА, который народ сверг!
Мда...вот это и есть ещё один важнейший общественно-политический итог экономических реформ в России. Криминальная приватизация по определению не могла создать условия для появления полноценного собственника, а, следовательно, и для появления среднего класса. Не для среднего потребительского слоя, а именно для среднего класса – фундамента гражданского общества. В передовых странах значительную часть населения (от 25 до 40%) составляют акционеры различных компаний. Они наряду с другими собственниками и составляют средний класс – социально-политическую основу гражданского общества. В 2009 году из 143,8 млн. жителей нашей страны лишь 895 тыс. имели акции, что составляет лишь менее 0,7% населения России. Т.е. нынешний российский фондовый рынок существует отдельно от россиян. Можно напомнить, что в 1992 году реформаторы дружно обещали россиянам массовый слой акционеров. (после 2009 года данных нет)  Несмотря на то, что реформы провозглашались их авторами как либеральные, значительная часть населения восприняла их итог не как расширение, а как сужение своей личной свободы. «В малых городах и сельской местности, – пишет М.Шабанова, – эта часть особенно велика и устойчиво достигает 68-73%. Даже в крупнейшем городе российской провинции – Новосибирске в настоящее время она достигает почти половины – 49% против 16%, считающих, что у них повысился уровень личной свободы». ВЫ ПОНЯЛИ О ЧЁМ ПИШУ? У нас в стране свободы стало намного меньше чем в СССР и это и было целью реформ 90-х! Если Вы считаете свободой возможность заглянуть под юбку большего количества баб, это Ваше право-заглядывайте, всё -равно Вы там кроме трусов ничего не увидите. Во всём мире куча полуголых дур, всякий раз выставляют себя на посмешище (а  для них на достоинство) в рынке "красоты" и это считается НОРМАЛЬНЫМ.

А это, так между прочим, наши мамы в будущем, жены....Вы выплачиваете пенсионеру 8 тысяч в месяц уже его приговорили умереть, Вы и есть система смерти которая не дает человеку ни единого шанса жить...Они средний класс! Само понятие "средний" уже вызывает истерический смех-средний между кем?

Когда социологические опросы фиксируют статистические группировки респондентов, относящих себя к среднему потребительскому слою, или даже к среднему классу, то здесь следует учесть важное обстоятельство. Какие функции выполняет идентификация со средним классом в современной России? Для большей части россиян, которые относят себя к средней части социального пространства, в то время как их материальный и социальный статус далёк от «средней планки», подобная идентификация – важный фактор социального самочувствия и социальной терпимости. Самоотнесением к средним позициям в обществе «индивид утверждает себя в сознании, – пишет Г.Дилигенский, – что ему удалось избежать худшего, опуститься в ряды бедных, обездоленных, не способных прокормить себя и семью». Впрочем, самоотнесение к средним слоям может выражать и иной тип социального самочувствия, а именно удовлетворённость реальным содержанием жизни, которая обладает позитивным личностным смыслом, несмотря на материальные лишения. При этом необходимо подчеркнуть, что как в первом, так и во втором случае самоотнесение к тому или иному социальному слою играет довольно ограниченную роль в индивидуальном самосознании. Оно актуализируется лишь в ходе опроса и не выступает организующим ориентиром мотивов, ценностей и поведенческих установок людей. При опросах к среднему классу относят себя сельские жители даже самых неблагополучных регионов России. Деревенский пенсионер справедливо считает, что раз он «не хуже других» – есть изба, огород, в лесу заготовил дров, собрал ягод, насушил грибов, в огороде накопал картошки, – то, чем он не средний класс?
Именуя средний потребительский слой населения средним классом, многие журналисты, как впрочем, и некоторые отечественные политологи, вносят путаницу в категориально-понятийный аппарат обществознания. В любом, даже самом неразвитом обществе существуют те, кто потребляет больше и те, кто меньше. И, естественно, между ними находится средний потребительский слой, что фиксирует государственная статистика. Но средний потребительский слой – весьма зыбкая социальная прослойка, что особенно характерно для переходных обществ. В силу тех или иных колебаний, например, рыночной или политической конъюнктуры, часть среднего потребительского слоя может выпасть в нижний потребительский слой, или, наоборот, подняться вверх. В отличие от общественного класса (социальная категория) потребительской слой (статистическая категория) устойчивостью не обладает, поэтому не может выполнять функцию фундамента общества, каковую выполняет средний класс. У среднего потребительского слоя нет ни классового самосознания, ни классовых интересов, ни классовой солидарности, ни других основополагающих признаков класса. Нельзя отождествлять статистическую группировку и исторически сложившееся стабильное социальное образование. Это – принципиально разные общественные категории....Давайте иначе

 Российские СМИ демонстрируют уверенность в наличии среднего класса в социальной структуре общества. «Почему в российской публицистике, вообще в политическом лексиконе так много упоминаний о среднем класса, который то ли уже существует, то ли должен быть  форсированно создан, чтобы образовать основной стержень демократического общества? – задаёт вопрос проф. А.Галкин. – Видимо, к числу причин этого следует отнести, наряду с прочим, сменившие знак рудименты прежнего мифологизированного сознания. С советских времён в этом сознании застряло представление, согласно которому в обществе должна существовать массовая социальная группа, составляющая опору существующего политического режима. В своё время ею считался рабочий класс. Теперь у нового режима должна появиться своя социальная опора – средний класс. Если его нет, то его следует создать, а если не получается – то, в крайнем случае, придумать». Ведь «средний класс» – весьма привлекательный символ общественного благополучия и успешной государственной внутренней политики. Подгонка дефиницией под задачи дня – традиционный социальный регулятор массового сознания. Ещё П.Бурдье отмечал, что уже «само обозначение социальных групп является эффективным механизмом управления массового поведения». Достаточно вспомнить недавнюю «прослойку» между двумя «полноценными» классами в СССР. Это политическое клише не только указывало для интеллигенции место в социальной структуре, но и заранее дезавуировало её претензии на социальное творчество. Таким образом, власть, наклеивая достаточно обидный, если не сказать, презрительный, ярлык на самую независимую, и, следовательно, опасную для власти часть общества, предусмотрительно снижала её социально-психологический статус.  Навязчивое педалирование темы среднего класса в официальной лексике властных структур и контролируемых ими масс-медиа порождает ещё один из многих фантомов, призванных демонстрировать достижения экономических реформ. Но социальный продукт криминализации экономики 1990-х годов так же далёк от классического среднего класса, как далека блатная «феня» от русского литературного языка. (В этом плане показательна лексика нынешней российской верхушки – это лексика уголовников. Они говорят «откат», «крышевать», «кинуть», «шакалить», и, наконец, знаменитое, «мочить»). «Нынешний российский собственник, – подчёркивает проф. С.С.Дзарасов, – является носителем криминального, а не рационального типа сознания… Наша сегодняшняя трагедия состоит в том, что богатства оказались в собственности криминального класса, который способен захватывать чужое добро, но не способен созидать. При этом он сознаёт незаконность сделанных им приобретений и, обладая уголовной психологией, смотрит на собственность других отнюдь не с уважением, как принято в цивилизованном обществе, а так как принято в уголовной среде, т.е. как на очередную желанную добычу. Психология криминального собственника такова, что он не может не воровать»
 

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.