egor_23

Category:

За 1917.... (два)

(Начало) 7 ноября — прекрасный повод вспомнить о том, что на самом деле произошло в 1917 году 

В этом материале мы продолжим разбираться с нагромождением либеральной мифологии, опутавшей многое в общественном сознании и исторической памяти народа, но особенно тщательно рассмотрим Великую Октябрьскую социалистическую революцию. Согласитесь, логично обратиться к этому пласту антисоветских легенд именно 7 ноября.
Кстати, пользуюсь случаем, поздравляю со славной датой всех, кто не забыл, что «рожден в Советском Союзе, сделан... в СССР». Поздравляю тех, кто не может ни сердцем, ни умом согласиться с сочинителями «объективного» учебника истории, которые, судя по сообщениям СМИ, решили вовсе не говорить об Октябре 1917 года как о революции. Так - сменилась власть и общественный строй - пустяковое дело, о чем там размышлять-то подрастающему поколению? По их мнению, это не более чем переходный этап от падения царизма к Гражданской войне. В общем, отправили эпохальное событие по этапу.
Чтобы развеять этот новомодный миф, давайте рассмотрим пять наиболее распространенных либеральных сказок. Тогда станет очевидным, сколь необъективны, если сообщения прессы верны, в своем поэтапном подходе к Великому Октябрю творцы «объективного» учебника.
Либеральный миф №1 — 25 октября (7 ноября) 1917 г. произошла не революция, а переворот, устроенный группой большевиков
Термин «переворот» применительно к событиям 25 октября (7 ноября) 1917 г. пытались внедрить еще до появления новой придумки о некоем этапе. До реорганизации РАН такие попытки принципиальные исследователи парировали ввиду явной их ненаучности - было кому. Революция - это не смена одна правящей группировки другой, а смена одного общественного строя другим. В ходе буржуазных революций устанавливается власть капитала, в результате социалистических - власть трудящихся.
Если уж пытаться применить термин «переворот», то это надо делать применительно не к Октябрьской, а к Февральской революции, ведь в ходе нее не произошло смены общественного строя, а просто одна буржуазная группировка сменила другую. Тем не менее и здесь уместно говорить о революции, ведь произошла смена форма власти - вместо монархии была установлена буржуазная республика.
Ну а 25 октября (7 ноября) 1917 года произошло без преувеличения эпохальное событие - человечество впервые увидело возможность установления строя, при котором запрещена эксплуатация человеком труда другого человека, которое основано на принципах социальной справедливости - за равный труд равную заработную плату. Победа социализма в России заставила капитализм в странах Запада резко измениться, привела к соревнованию двух социально-экономических систем, отчего выиграло все человечество.
Либеральный миф №2 - если бы не большевистский переворот, то царская Россия по итогам Первой мировой войны получила бы жирные куски на географической карте и стала бы со временем могучим государством
Тут господа либеральные историки путают все на свете. Не большевики втянули Россию в заведомо проигрышную для нее Первую мировую войну, не большевики уговорили царя Николая II отречься от престола. И все это случилось не в октябре, а в феврале 1917 г., так что упреки в сдаче результатов якобы достигнутой почти победы нужно адресовать тогдашним буржуазным партиям. Но и их упрекать, откровенно говоря, как-то трудно, ведь никто тогда всерьез тогда не верил, что «союзники» поделятся результатами виктории.
Что касается якобы процветающего государства, которое могло бы быть, то тут спорить сложно, ведь история не имеет сослагательного наклонения. Но поверить в то, что аграрная неграмотная страна совершила бы такой же рывок, как она сделала при Советской власти, если бы она оставалась в пучине капитализма, решительно невозможно.
На самом деле Великая Октябрьская социалистическая революция как раз спасла нашу страну. Она заложила основы того общественного строя, который позволил отсталой стране стать мощным государством и победить нацизм.
Для тех, кто еще верит в «Россию, которую мы потеряли», замечу, что при царизме ни о каком процветании и речи быть не могло. Десятилетия ушли бы на восстановление разрушенного Первой мировой войной, а там бы несчастную Россию, весьма вероятно, добил бы Гитлер. И только благодаря Великой Октябрьской социалистической революции этого не случилось.
Либеральный миф №3 - установление Советской власти и жестокое подавление всех противников привели Россию к Гражданской войне
В действительности установление власти рабочих и крестьян происходило быстро и практически бескровно - всего шесть человек погибло во время низложения самозваного Временного правительства. Далее по стране пошел процесс, который в советских, подлинно объективных учебниках именовался «триумфальное шествие Советской власти».
Не было изначально никакого и подавления противников диктатуры пролетариата, наоборот, как отметил И.В. Сталин в интервью писателю Эмилю Людвигу в 1931 г., «когда большевики пришли к власти, они сначала проявляли по отношению к своим врагам мягкость». Генерал Краснов поднял было мятеж, но не понес никакой ответственности. Противники Советской власти внутри страны и зарубежные империалисты восприняли это как проявление слабости, развязали белый террор, подняли восстание генералы Алексеев, Каледин и Корнилов на Дону.
Так что не жестокость, а как раз благодушие легко пришедших к власти большевиков была их ошибкой. В упомянутом интервью И.В. Сталин признал это: «Тот же Краснов, которого мы выпустили «на честное слово», организовал белогвардейских казаков. Он объединился с Мамонтовым и в течение двух лет вел вооруженную борьбу против Советской власти. <...> Мы поняли из опыта, что с этими врагами можно справиться лишь в том случае, если применять к ним самую беспощадную политику подавления».

Либеральном мифе №4 - Октябрьскую революцию совершил агент германского генерального штаба Ленин на деньги кайзера Вильгельма
Сколь-нибудь существенных доказательств этой версии не смогли привести ни тогдашние буржуазные пропагандисты, ни современные. Потому что никакого сотрудничества В.И. Ленина с германской империалистической верхушкой не было и быть не могло.
В качестве довода в пользу этой грязной версии приводился и приводится один единственный факт - пропуск большевиков в условиях войны через территорию Германии в пломбированном вагоне. Из этого факта следует лишь одно, что германские империалисты решили поддержать смуту в тылу противника. Вот только они не учли, что пропускают фактически своих ключевых противников, которые так изменят Россию, что спустя всего 18 лет бойцы Красной Армии над их рейхстагом поднимают красный флаг. В погоне за сиюминутной выгодой милитаристы Германии допустили стратегическую ошибку. Но это были их проблемы - большевики же вовсе не вступали с ними в сговор, а просто ловко провели.
Много упреков еще в то время было в связи с тем, что советское руководство, пришедшее к власти в результате Великой Октябрьской социалистической революции, пошло на заключение кабального Брестского договора. Но это от зависти - тогдашней русской буржуазии ума не хватило пойти на выход из заведомо проигрышной войны. А гениальный Ленин все просчитал - он понимал, что защититься от рейсхвера просто нечем, но в Германии вот-вот вспыхнет своя революция - и если не все, то многое можно будет вернуть назад.
Либеральный миф №5 - именно Великая Октябрьская социалистическая революция расколола наше общество на «красных» и «белых»
Для тех, кто изучал историю России еще не по современным «объективным» учебникам, а по действительно правдивым советским, не нужно объяснять всю нелепость этой гипотезы. Для остальных скажу пару слов. Нельзя расколоть то, что монолитно, но вот монолита-то и не было никакого, причем задолго до Великого Октября. 

Жесточайшая классовая борьба, наряду с многочисленными войнами, сопровождала всю историю России. Такого количества бунтов и революций, как в нашей многострадальной стране, пожалуй, не было в истории ни одного, во всяком случае, европейского государства. Предводители крестьянских восстаний остались в памяти народной, им посвящены песни и литературные произведения, несмотря на капиталистическое лихолетье, их именами по-прежнему названы улицы и площади городов. Тут, правда, надо сплюнуть через левое плечо - желающих стереть страницы в истории всегда находилось немало. 

Но у них ничего не получалось и не получится - народ не забывает своих заступников даже в далеком прошлом - Ивана Болотникова, Степана Разина и Емельяна Пугачева, декабристов и народников будут помнить всегда. Они не были большевиками и тоже не раскалывали российское общество - значительная его часть их поддержала, потому что плохо, очень плохо жил простой русский труженик. Нищета и голод - вот что все время приводило к расколу в истории России. Так что никакой гармонии и гражданского мира не было при царизме. Наступили они только после после победы большевиков в Гражданской войне. И это позволило нашему обществу встретить в 1941 году фашистских агрессоров максимально сплоченным.
Резюме В финале я хотел бы обратиться к коллегам-ученым, тем, кто работает сейчас над «объективным» учебникам истории. Уважаемые коллеги, пожалуйста, сделайте его действительно объективным. Докажите, что вы принципиальные ученые, которые понимают, что нельзя принижать всемирно-историческое значение Великой Октябрьской социалистической революции. Даже если вы придерживайтесь антикоммунистических взглядов, как настоящие ученые, отстаивайте истину, не следуя какой-либо конъюнктуре. А истина тут одна — Октябрь 1917 г., как к нему и к его последствиям ни относись, имел планетарное значение. Не меньшее, чем Великая буржуазная революция во Франции, которую никому в голову не приходит принижать до уровня какого-то там «этапа». (Автор: Александр Евдокимов. старший научный сотрудник ИМЛИ РАН) 

Миф №1 — царская Россия не могла не участвовать в Первой мировой войне, поскольку кайзеровская Германия объявила ей войну
Эта версия понадобилась для того, чтобы объяснить, почему Николай II позволил втянуть свою отсталую, аграрную и совершенно небоеспособную державу в схватку за чужие и, даже можно сказать, чуждые ей интересы. Обставлено, правда, все было тогда формально благородно — великая православная империя вступилась за свою маленькую сестру на Балканах — Сербию. Но на деле царские стратеги рассчитывали, что смогут принять участие в переделе мира и получить контроль над проливами в Мраморное и Средиземное море. Царский генералитет наивно полагал, что западные союзники позволят России что-либо приобрести по итогам глобальной драки. Но англо-французские правящие круги и примкнувшие к ним в конце войны североамериканские и не собирались делиться добычей с маломощной царской Россией, от которой требовалось лишь «пушечное мясо» для борьбы с конкурирующей группировкой — Германии и Австро-Венгрии с сателлитами. И царское правительство, тесно связанное Антантой, пошло на этот самоубийственный шаг. Более того, оно предоставило в кровавую аренду солдат в самом прямом смысле слова в составе экспедиционного корпуса, хотя Россия сама вела кровопролитные сражения на своем весьма протяженном фронте — от Закавказья до Прибалтики. 

Отрицать эти очевидные факты невозможно. Поэтому, прекрасно осознавая, что участие царской России в Первой мировой войне стало фатальным для нее шагом, современные мифотворцы решили доказать, что оно было вынужденным и неизбежным. Мол, раз кайзеровская Германия объявила войну, то другого выхода и не было. Но он был — перед тем объявить о начале боевых действий, германское руководство, небезосновательно опасавшееся получить сразу два фронта, потребовало от царского руководства отменить объявленную им мобилизацию. Во всяком случае, возможность для ведения переговоров была, но самодержавные горе-полководцы были убеждены, что война окажется легкой прогулкой.
Миф №2 — Россия была близка к победе в Первой мировой войне
Понятно, что доказать, что победу одержала николаевская Россия невозможно при всем огромном желании, поэтому в ход пускается очень странный миф, что она почти что ее добилась. Но вот проблема — «почти» в данном случае не считается. Германские фашисты тоже почти что выиграли войну у СССР, они практически были у ворот Москвы, по существу, взяли Сталинград за исключением полоски земли у Волги, фактически задушили блокадой Ленинград, но в результате как-то так получилось, что Красное Знамя взвилось над поверженным рейхстагом. Так что разговоры о близкой, а стало быть, украденной кем-то победе царского самодержавия в схватке с германским милитаризмом, не более чем самовнушение тех, кто до сих пор верит, что «царская Россия, которую мы потеряли» была мощным государством. Могучей наша страна действительно стала, но, как ни парадоксально, в результате поражения по итогам Первой мировой. И обществу, и значительной части элиты тогда стало ясно, что капиталистический путь для нее губителен, что он ведет в самом лучшем случае к вынужденному и очень тяжелому для страны Брестскому договору.
Да и само понятие близости победы понятие очень эфемерное. Любители помахать виртуальными кулаками задним числом любят рассуждать, что могло бы быть, если бы армия П.К. Ранненкампфа помогла соседней А.В. Самсонова в 1914 г., а уж если бы Западный фронт А.Е. Эверта поддержал бы успешное наступление Юго-Западного под командованием А.А. Брусилова в 1916 г., то тогда уж точно Берлин был бы наш. 

Но это не более чем мифы — действия армии П.К. Раннекампфа могли бы спасти наши войска от разгрома и не более того, ну а фронт А.Е. Эверта на самом деле попробовал повторить «Брусиловский прорыв» броском на Барановичи, но абсолютно безуспешно. Относительный успех брусиловских войск был достигнут на второстепенном, если честно, участке против менее мощного противника, чем Германия, австро-венгерской армии. Так что никакой близости победы не было.
Миф №3 — ведение войны поддерживалось народом, пока он не был распропагандирован антивоенной агитацией
Если бы не случилось спустя 24 года после выхода России из Первой мировой войны Великой Отечественной, в этот миф еще можно было бы поверить. Но ничего подобного тому подъему, который охватил советский народ в июне 1941 г., не было даже в августе 1914 г., не говоря уж о последующих годах и месяцах войны. Не было и такого единства в интеллектуальной элите страны — не только большевики, но и многие писатели левых взглядов, в частности А.М. Горький, раскритиковавший в своей статье «Несвоевременное» поддержку мировой бойни своими коллегами-литераторами — Ф. Сологубом, М. Арцыбашевым и Л. Андреевым, выступили с пацифистских позиций. Горьковскую статью царская цензура не пропустила, но заложенные в ней мысли были в общественном сознании даже до начала Первой мировой войны весьма и весьма популярны. Горький просто достаточно емко выразил в ней то, о чем многие представители интеллигенции думали или шептались в тот момент в литературных клубах и салонах: «Война — заметил он в этом эссе, — безумие, это кара людям за их жадность. Жадничает, как известно, не народ, войну затевают не нации. Немецкие мужики точно так же, как и русские, колониальной политикой не занимаются и не думают о том, как выгоднее разделить Африку».

Ничего подобного в 1941 г. не было и быть не могло — и не только потому, что всей стране нужно было сплотиться перед лицом лютого врага, но и потому, что никому это и не могло прийти в голову. В 1941—1945 гг. советский народ защищал свободу и независимость своей Родины. И если в итоге державная мощь и авторитет страны в мире окрепли, если примеру страны Советов последовали многие государства в мире, в том числе в Африке, упомянутой Горьким, то это было следствием Великой Победы, а причиной ее — единение армии и народа, которого в 1914—1917 гг. не было даже близко. Хотя истерия в печати была, были и добровольцы, готовые, как им казалось, сражаться за веру, царя и Отечество.

Но постепенное осознание того, что война идет совсем за другие ценности — рынки сбыта для крупных монополий, — поменяло отношение к происходящему даже у таких энтузиастов. И осознание это приходило не из-за агитации чьей-либо — та же упомянутая выше горьковская статья напечатана была уже после революции.
Миф №4 — победе царской России помешала Февральская революция 

Если следовать этой логике, то до 23 февраля (8 марта) 1917 г. все было в царской России замечательно. Народ благоденствовал, армия шла от победы к победе — и если бы питерским ткачихам не вздумалось вдруг ни с того, ни с сего потребовать хлеба в тот роковой день, то все прекрасно бы и сложилось. Элита по-прежнему бы плясала на балах, а страна сражалась на фронтах, но так рассуждать может только тот, кто судит об исторических событиях того времени по кинофильмам типа «Елки 1914». На самом деле страна летела в пропасть, голод толкал людей на улицы, армию все сильнее охватывало недовольство и разложение. Никакой дисциплины уже фактически не было — николаевская Россия была прямо-таки беременна революцией. Ну а повитухами действительно оказались женщины Петрограда, потребовавшие еды для своих детей, — стрелять в них, по одной версии, попробовали какие-то фанатики самодержавия, но их быстро скрутили казаки, по другой — самодержавная власть, которая еще недавно казалась незыблемой, стала распадаться быстро и без какого-либо сопротивления. 

Так или иначе о том, что победе помешала революция, могут рассуждать люди, живущие в наше время, когда известно, чем все закончилось. В феврале-марте 1917 г. многим казалось, что падение царского режима, напротив, все разом изменит, вдохнет новые силы в армию — и враг побежит. Т. е. что революция не помешает, а наоборот, поможет одержать наконец победу.
Увы, ничего это не случилось и случиться, как предсказывали большевики, не могло — от смены формы правления в стране, сам капиталистический строй в России не сменился, а значит, не поменялся и империалистический характер войны и, соответственно, отношение к ней широких масс. Только процесс развала пошел уже семимильными, ничем не сдерживаемыми шагами.

Миф №5 — решающую роль в поражении России сыграли большевики, занявшие откровенно пораженческую позицию
Вот только непонятно, каким таким чудесным образом большевики, которые находились частично за границей, частично в ссылках или в подполье, могли развалить армию и флот огромной Российской империи? На этот вопрос, боюсь, не смогут ответить ни те, кто придумал сказку об измене ленинцев, ни те, кто до сих пор верят в нее. Да, большевики смогли воспользоваться критической ситуацией, в которую загнали матушку-Россию последовательно царское и буржуазное Временное правительство, но подталкивать то, что и так валилось, им было совсем не с руки. Если бы был хоть один шанс спасти революцию, не подписывая Брестский договор, ленинское руководство никогда бы его не подписало, но такого шанса бездарные царские и буржуазные политики и многие генералы просто не оставили. 

Если бы большевики были такими пораженцами, какими их расписывала буржуазная пропаганда в начале XX в. и продолжает расписывать в начале XXI в., то что им мешало подмахнуть сепаратный договор с Германией на следующий день после взятия Зимнего дворца? Зачем было создавать Красную гвардию, которая попробовала остановить германских империалистов, в честь чего и появился праздник Советской Армии и Флота, ныне День защитника Отечества — 23 февраля? И зачем Ленину уже в мае 1918 г. в статье «О „левом“ ребячестве и о мелкобуржуазности» нужно было тогда провозглашать: «Мы — оборонцы после 25 октября 1917 г.» Что мешало большевикам продолжать желать поражения своему Отечеству, несмотря ни на что, в чем их голословно обвиняли и продолжают обвинять буржуазные политики? Ничего, если бы они были пораженцами в действительности. Но они таковыми не были и поэтому выступили с призывом защиты страны, когда она стала первым государством рабочих и крестьян, по определению не ведущим войну в интересах крупного капитала. В той же работе В.И. Ленин прямо объяснил произошедшую метаморфозу, никакого отношения к приписываемому пораженчеству не имеющее: «Когда мы были представителями угнетенного класса, мы не относились легкомысленно к защите отечества в империалистской войне, мы принципиально отрицали такую защиту. Когда мы стали представителями господствующего класса, начавшего организовывать социализм, мы требуем от всех серьезного отношения к обороне страны». (Тот же автор)


Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.