egor_23

Category:

Колхозаны...

(Кулаки) "Мы отстали от передовых стран на 50 -100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в 10 лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут" Сталин, февраль 1931 г. (До нападения фашистов на нашу Родину оставалось 10 лет и 4 месяца. Сталин не только предвидел, но и организовал подготовку СССР к войне. Не потому ли даже идейные противники Сталина
признали его лучшим управленцем 20 века?)

Наше понимание коллективизации в СССР Мы сделали подборку материалов о коллективизации из Интернет, расспросили ветеранов-колхозников о жизни села и их работе в довоенное время, из общения со стариками в селе, в пору детства, сами кое-что помним. Ниже мы цитируем собранные материалы и приводим своё понимание событий прошлого и настоящего.
«Россия до революции была крестьянской страной - более 80% населения жили в деревнях. Используя сравнение Салтыкова-Щедрина, можно сказать, что 4 мужика одного горожанина кормили. Такова была продуктивность сельского хозяйства в масштабе страны.
В конце 30-х годов городское население в СССР превысило 60% и это значит, что "один мужик" стал кормить в 6 (В ШЕСТЬ) раз больше горожан, чем раньше!»
  Возникают вопросы:
Чем отличались в отношении к селу Российская империя до революции и Советский Союз в конце тридцатых годов,  какие цели они осуществляли в отношении крестьянства?
Чем отличались цели: мужика в деревне (до краха Империи) и труженика в селе (в колхозе, совхозе СССР, до 1953 года)?
Какие (естественные для человека, либо противоестественные, разрушающие человека) потребности удовлетворялись   в первую очередь в обществе во времена Российской империи, СССР при И.В.Сталине и современной нам России?
Советское правительство сразу же после победы Октябрьской социалистической революции стали проводить линию на постепенное социалистическое преобразование деревни, на создание крупного хозяйства в земледелии. В декрете ВЦИК «О социализации земли» (январь 1918) была поставлена задача развивать коллективные хозяйства в земледелии, им обеспечивались определённые преимущества перед мелкими единоличными хозяйствами. В конце 1917—начале 1919 гг. в деревне стали возникать коллективные хозяйства: коммуны сельскохозяйственные, товарищества по совместной обработке земли (ТОЗы), сельскохозяйственные артели и т.п.
В декрете ВЦИК «О социалистическом землеустройстве и о мерах перехода к социалистическому земледелию» (февраль 1919) были определены задачи коллективных хозяйств, содержались конкретные указания по основным вопросам их деятельности, организации управления, взаимоотношений с государственными органами, использования созданной ими продукции и т.д.
В программе партии, принятой 8-м съездом РКП (б) (1919), отмечалось, что Советская власть, осуществив полную отмену частной собственности на землю, перешла к проведению в жизнь целого ряда мер по организации крупного социалистического земледелия. В результате последовательного проведения в жизнь кооперативного плана В. И. Ленина и большой организационной и финансовой помощи государства положение трудящихся крестьян в период восстановления народного хозяйства заметно улучшилось. В деревне значительно выросла доля середняков. Если до революции беднота составляла 65% всех крестьянских дворов, то в 1928—29 удельный вес её снизился до 35%, середняцких хозяйств стало 60% вместо 20%, удельный вес кулаков снизился с 15 до 5%. Однако кулацкие хозяйства обладали значительной частью (15—20%) средств производства, в том числе примерно 1/3 сельскохозяйственных машин.
Одновременно были достигнуты успехи в развитии кооперации потребительской и кооперации сельскохозяйственной, которые выросли в мощный организм, игравший вместе с государственной торговлей решающую роль в товарообороте между городом и деревней. В 1929 в сельскохозяйственных кооперативах состояло 13 млн. членов — более 55% бедняцко-середняцких хозяйств; в потребительской кооперации насчитывалось около 14 млн. пайщиков. Сельскохозяйственная кооперация приобрела большое значение в заготовках продукции земледелия и животноводства. В 1929 она заготовила около 36% товарного хлеба, 60% льноволокна, всю товарную продукцию хлопка, сахарной свёклы и табака, 65% животного масла, 50% яиц.
Одним из средств приобщения крестьян к коллективным формам хозяйства явилось проведение широкой контрактации сельскохозяйственных продуктов. Через контрактацию Советское государство оказывало поддержку бедняцко-середняцким хозяйствам и кооперативам. По договорам хозяйства получали семена, денежные авансы, государство гарантировало им сбыт продукции, приобретение необходимых промышленных товаров. В 1929 в систему договорных контрактационных отношений было вовлечено около 8 млн. крестьянских хозяйств по сравнению с 2 млн. в 1927. Важным условием проведения коллективизации сельского хозяйства было осуществление культурной революции. 

Однако к началу 1-й пятилетки (1928) в сельском хозяйстве продолжали преобладать мелкие единоличные крестьянские хозяйства (до 25 млн. хозяйств). В сельскохозяйственном производстве преобладал ручной труд. В 1928 вручную было посеяно 74,4% яровых культур, сжато и скошено зерновых культур серпом и ручной косой 44,4%, обмолочено зерновых цепом и др. ручными способами 40,7%». По воспоминаниям ветеранов-колхозников о селе тридцатых годов большинство сельчан жило привычным единоличным укладом жизни. Тогда единоличные хозяйства сами обеспечивали себя продовольствием, сырьём для пошива одежды и обуви, сами ткали и шили обувь, сами строили, производили хозяйственный инвентарь. Детей в семьях рождалось помногу потому, что нужны были работники в личном хозяйстве. Общинников, как тогда называли сознательных приверженцев колхозов, в селе можно было по пальцам перечесть, единицы.
Вспоминаются рассказы бабушки (1909 г. рождения) о том, как её, старшую дочь, мамочка не пустила в школу (она была первой помощницей в хозяйстве), и та осталась неграмотной и с обидой на всю жизнь на неё. Работала всю жизнь она много, света белого не видела, как и большинство воспитанных в ту пору крестьян, и детей своих заставляла работать. Приходилось видеть, как бабушка и многие сельчане ни с того, ни с сего жестоко избивала домашних животных (корову, овец), и домочадцам доставалось, и только спустя годы мне стало понятно, что это выплески внутреннего напряжения, внутренней конфликтности сельчан-единоичников, которые были следствием прикованности их к своим хозяйствам. Она также рассказывала, как её муж, мой дед, в молодости ночами напролёт играл в карты, бражничал и не участвовал в воспитании детей. Его посадили за преступление, совершённое по пьянке, и семья их распалась. А в годы войны из заключения он попросился на фронт, был ранен и за бои под Сталинградом награждён двумя боевыми орденами.
Уже тогда, в 20-е годы, жизнь на селе стала меняться быстро, а должного чувствования и понимания сути перемен в обществе у крестьян-единоличников не было, их ничего, кроме хозяйства не интересовало. Как следствие, нарастали противоречия в психике крестьян и в межличностных отношениях на селе. Психология единоличника являлась одной из главных причин отсталости производства на селе. Люди, воспитанные жить ради своего хозяйства, просто не понимали как можно коллективно вести хозяйство, не было этого в духе села. И у них не было ни привычки, ни осознанного стремления участвовать в решении ЗАДАЧ, СТОЯЩИХ ПЕРЕД ВСЕМ ОБЩЕСТВОМ и осваивать для этого необходимые знания и навыки.
Единоличники считают полезным в жизни только то, что идёт на пользу их хозяйству. Чем они информированнее и хитрее, тем больше их аппетиты. Если они придут к руководству селом, районом или страной, то лишь с мыслью о пользе своему хозяйству и плевать они хотели на страну и народ, частью которого являются. Освоив методы промывки мозгов и помыкания другими людьми, они превращаются в мироедов. Они всё время боятся и ждут неприятностей в жизни, и обязательно их встречают: во что веришь – то по жизни и встречаешь. Но были и другие сельчане в те времена – вспоминается дед Андрей, лет на 20 старше бабушки. Он в Первую мировую в 1914-17 годах воевал кавалеристом, а в советское время участвовал в организации колхоза. Хозяйство его было скорее бедняцким, чем середняцким. Деда односельчане охотно приглашали помогать, и он всегда откликался. Мне запомнились его весёлые и добрые глаза, улыбка и спокойный голос, он никогда не бранился, не сердился, говорил мало и просто. И воспоминания о нём греют мне душу до сих пор. Последний раз мы с ним встретились, когда ему уже за 100 лет перевалило, жил он тогда уже у внука в городе. Рассказывал мне увлечённо, какую шлею правит для кого-то (шлея – это часть упряжи, которая удерживает хомут на месте), чем занимался последние годы, какие задумки на будущее. Он всю жизнь оставался неутомимым тружеником, и потому не знал, что значит маяться от безделья. На прощанье он пристально посмотрел мне в глаза и сказал: «Руби дерево по себе». Смысл своих слов он передал мне своим добрым долгим взглядом. И скрытые в его словах умолчания много раз помогали мне в жизни. Я полагаю, что он жил как общинник, его мысли и заботы были направлены дальше подворья – НА ЛАДНОЕ УСТРОЙСТВО ЖИЗНИ В ЦЕЛОМ. Именно этим отличался он от большинства односельчан, этим мне и запомнился. Дед Андрей для меня явился прообразом тех людей, которые в будущей жизни станут «просто тружениками социалистического общества», о которых писал И.В.Сталин в феврале 1926 г. «О крестьянстве, как союзнике рабочего класса» (Ответ тт. Болтневу П. Ф., Ефремову В. И., Ивлеву В. Я.) «Вы спрашиваете: "Что же будет, когда произойдёт мировая революция, когда не будет нужен четвёртый союзник,-крестьянство? каковы же будут взгляды на него?" Во-первых, неверно, что "после мировой революции" крестьянство уже не будет нужно. Неверно, так как "после мировой революции" наша хозяйственно-строительная работа должна пойти семимильными шагами, а строить социализм без крестьянства нельзя, так же как выбраться из нищеты крестьянство без пролетариата не может. Стало быть, союз рабочих и крестьян после победоносной революции на Западе не ослабнет, а наоборот, должен будет окрепнуть. Во-вторых, "после мировой революции", когда наша строительная работа усилится во сто крат, дело пойдёт к тому, что рабочие и крестьяне, как совершенно различные экономические группы, будут исчезать, будут превращаться в тружеников земли и фабрики, т. е. будут уравниваться по своему экономическому положению. А что это значит? А это значит, что союз рабочих и крестьян будет постепенно превращаться в слияние, в полное единение, в одно социалистическое общество бывших рабочих и бывших крестьян, а потом просто тружеников социалистического общества».
Выражение "после мировой революции" повторено в письме трижды и взято И.В.Сталиным в кавычки, т.е. он стремился передать в умолчаниях читателям его письма образы будущей жизни. Он писал о том времени, когда замысел справедливой жизни будет осуществляться не только народами России, а всеми народами земли. Таким ему виделось будущее, исходя из этого видения, И.В.Сталин строил текущую политику в стране – на повестке дня стояли индустриализация и коллективизация СССР
Были ли при раскулачивании перегибы, злоупотребления, просто головотяпство? Да, были. Не случайно 14.03.1930 года Центральный Комитет ВКП(б) - так тогда называлась партия коммунистов - принял постановление "О борьбе с искривлением партлинии в колхозном движении" - (ещё раньше была во всех газетах напечатана статья Сталина "Головокружение от успехов") - в котором отмечаются факты принуждения к вступлению в колхозы, безобразного поведения, мародёрства,…раскулачивания середняков и даже бедняков… процент "раскулаченных" доходит до 15%. И.В. Сталин ещё не раз возвращался к вопросу о допускаемых при коллективизации ошибках (например, в статье "Ответ товарищам колхозникам", 1930 год).
Партийную линию проводили на местах конкретные люди. Среди них были и просто неумные люди. Но были и сознательные враги. Приведем выдержку из книги известного писателя Героя Советского Союза Владимира Карпова (он сам подвергся аресту незадолго до начала войны) о событиях периода коллективизации: "…оппозиционеры… вели широкую компанию по возбуждению недовольства среди крестьян. Якобы руководствуясь решениями партии о проведении коллективизации и демонстрируя своё деловое рвение (а на самом деле доводя дело до абсурда), …желая обозлить и натравить народ против большевиков, и особенно против Сталина, репрессировали не только кулаков, но и середняков, бедняков… извращая тем самым намерения партии"».
Из бесед с ветеранами-колхозниками и из районной газеты 1930-31 гг. мы поняли, что недовольные коллективизацией вредили и тайно, и открыто. В газете описан случай, когда кулаки пробрались в руководство колхозом и привлекли на свою сторону комсомольского секретаря из бедняков, за любую провинность они пороли кнутами колхозников, выпороли для острастки и комсомольского вожака. И только вмешательство органов правопорядка пресекло издевательства и дискредитацию колхозов, кулаков осудили и посадили. Мне памятен также рассказ односельчанина о том, как в начале 30-х в сельском клубе публично судили одного деда, раскулаченного за «вредительство» (якобы он подсыпал в колёсную смазку песок). На суд приехал как обвинитель прокурор района, колхозники заполнили клуб до отказа, подсудимый со сцены клуба рассказывал о допросах, показывал всем следы побоев и спрашивал односельчан, разве мог он, известный им честный труженик, насыпать песок в смазку, никто не верил, и все бабы в клубе рыдали. «Вредителя» осудили, сослали в Урман, а вскоре в селе стало известно, что прокурор застрелился.
Кто-то оказывался осужденным или погибал не потому, что действительно вредил колхозному строительству, а в силу того, что не понимал тех задач, которые объективно стояли перед обществом, и потому не видел противоборствующие силы в обществе, которые стремились осуществить каждый свои замыслы – непонимающие невольно вовлекались в такие события, в которых погибали «как трава на поле боя».
«Ноябрьский (1929) пленум ЦК ВКП (б) в постановлении «Об итогах и дальнейших задачах колхозного строительства» отметил, что СССР вступил в полосу развернутого социалистического переустройства деревни и строительства крупного социалистического земледелия, что рост колхозного движения ставит перед отдельными областями задачу сплошной коллективизации.
  Однако развитие колхозного движения выявило ряд трудностей:
  - низкий уровень технической базы колхозов;
  - недостаточную организованность и низкую производительность труда;
  - острый недостаток подготовленных кадров и почти полное отсутствие нужных специалистов.
Пленум определил основные меры по усилению помощи социалистическому переустройству сельского хозяйства, укреплению его материально-технической базы, улучшению подготовки кадров и др. Из городов на постоянную работу в колхозы было направлено 25 тыс. передовых рабочих; коллективы заводов взяли шефство над колхозами.
В 1924 на заводе «Красный путиловец» организовано серийное производство колёсных тракторов. Вошли в строй действующих предприятий: в 1930 —Сталинградский, в 1931 — Харьковский, в 1933 — Челябинский тракторные заводы.

Если в начале 1-й пятилетки тракторы поступали в сельское хозяйство СССР преимущественно из зарубежных стран, то в 1932 импорт тракторов полностью прекратился. Всего за годы 1-й пятилетки (1929—32) сельское хозяйство СССР получило 153,9 тыс. тракторов, из них 94,3 тыс. отечественного производства. Одновременно создавались крупные заводы сельскохозяйственного машиностроения: в 1930 вступил в строй «Ростсельмаш» (Ростов-на-Дону), в 1931 — завод комбайностроения «Коммунар» (Запорожье) и др. Это дало возможность в ходе колхозного строительства осуществлять техническую реконструкцию колхозно-совхозного производства. В 1932 в сельском хозяйстве СССР работало 148 тыс. тракторов (в 15-сильном исчислении) и 14 тыс. зерновых комбайнов, а в 1940 соответственно 684 тыс. и 182 тыс.
С 1929 создаются государственные машинно-тракторные станции (МТС), которые сыграли огромную организующую роль в борьбе за социалистическое переустройство деревни. Многие годы МТС обеспечивали производственно-техническое обслуживание колхозов, помогали им укреплять обществ. хозяйство. В системе МТС обучались многочисленные кадры сельских механизаторов.
В постановлении «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству» (1930) ЦК ВКП (б) ориентировал партийные организации и советские органы на местах на завершение коллективизации в основном к концу пятилетки (1932).
В августе 1930 колхозы объединяли 21,4% крестьянских хозяйств. Была увеличена государственная помощь колхозам. К концу 1930 по посевной площади и урожайности они превзошли уже единоличные хозяйства и смогли выдать колхозникам зерна и др. продуктов больше, чем было у единоличников. Это повлияло на изменение отношения крестьянских масс к колхозам. К июню 1931 общее число колхозов составило 211 тыс., они объединяли 13 млн. крестьянских хозяйств (52,7%) ... (Продолжение будет)


Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.