egor_23

Берия 2

 (Первая часть) Примерный объем протоколов заседаний СК составляет 1000 машинописных листов. 

В целом делопроизводство СК насчитывает около 1700 дел, содержащих более 300 тысяч страниц машинописного текста. В число этих документов входят материалы заседаний Технического и Инженерно-технического советов, а также переписка с организациями и предприятиями по вопросам атомного проекта.  Решением Бюро Президиума ЦК КПСС от 26 января 1953 г. руководство специальными работами по атомной проблеме вместо СК было возложено на «тройку» в составе: Л. П. Берии (председатель), Н. А. Булганина и Г. М. Маленкова. Постановлением СМ СССР от 16 марта 1953 г. № 697-335сс/оп СК был образован вновь и функционировал до 26 июня 1953 г., после чего был упразднен в связи с образованием Министерства среднего машиностроения СССР.   Только тот исследователь или читатель, который хотя бы просто пролистает все 12 книг трехтомного сборника «Атомный проект СССР. Документы и материалы» и по диагонали ознакомится с заголовками опубликованных рассекреченных правительственных документов, писем, справок, докладных записок и т.п., получит представление об объеме информации, которую Л. П. Берии приходилось получать. Он ежедневно, беря на себя всю полноту ответственности, принимал государственные решения.  Если внимательно прочитать тексты этих документов и служебную переписку, резолюции, которые делал Л. П. Берия, то это даст уже более полное представление о той колоссальной нагрузке, с которой приходилось ему сталкиваться, держа в руках все нити этой многогранной работы. Ведь каждый серьезнейший государственный документ Л. П. Берия не просто подписывал, он тщательно в нем разбирался, за каждой цифрой и термином стояла работа целых научных коллективов. Все эти документы и проекты правительственных постановлений затем представлялись на подпись И. В. Сталину.   В своей книге «Берия. Судьба всесильного наркома» Борис Соколов процитировал заместителя И. В. Курчатова профессора И. В. Головина, который отмечал, что «Берия был прекрасным организатором – энергичным и въедливым. Если он брал на ночь бумаги, то к утру документы возвращались с резонными замечаниями и дельными предложениями. Он хорошо разбирался в людях, все проверял лично, и скрыть от него промахи было невозможно...».  Далее Борис Соколов приводит впечатления начальника отдела «С» НКВД (НКГБ) СССР, исполнявшего одновременно обязанности начальника отдела «К» НКГБ СССР (контрразведывательное обеспечение советского атомного проекта) П. А. Судоплатова, неоднократно принимавшего участие в заседании СК: «Заседания Спецкомитета обычно проходили в кабинете Берии. Это были жаркие дискуссии. Меня удивляли взаимные претензии членов правительства. Берия вмешивался в эти споры, призывал к порядку. И я впервые увидел, что все в этом особом правительственном органе считали себя равными по служебному положению независимо от того, кто из них был членом ЦК или Политбюро… Берия, грубый и жестокий в общении с подчиненными, мог быть внимательным, учтивым, оказывать каждодневную поддержку людям, занятым важной работой, защищал этих людей от всевозможных интриг органов НКВД или же партийных инстанций. Он всегда предупреждал руководителей предприятий об их личной ответственности за неукоснительное выполнение задания, у него была уникальная способность внушать людям как чувство страха, так и воодушевлять на работу… Мне кажется, что он взял эти качества у Сталина – жесткий контроль, исключительно высокая требовательность и вместе с тем умение создать атмосферу уверенности у руководителя, что в случае успешного выполнения поставленной задачи поддержка ему обеспечена».  Современники и коллеги, которые участвовали вместе с Л. П. Берией в этой работе, отмечали его высокую физическую работоспособность, энергичность, целеустремленность и ответственность в процессе руководства работами по урановой проблеме. Он не ограничивался только кабинетной работой, часто выезжал в командировкиН. С. Хрущев называл его «умным, деловым и оборотистым организатором». Аналогичные оценки давали ему руководители оборонно-промышленного комплекса, ученые-атомщики. Вот как отзывался о Л. П. Берии в своих воспоминаниях Ю. Б. Харитон:«Известно, что вначале общее руководство советским атомным проектом осуществлял В. М. Молотов. Стиль его руководства и соответственно результаты не отличались особой эффективностью. И. В. Курчатов не скрывал своей неудовлетворенности.  С переходом атомного проекта в руки Берии ситуация кардинально изменилась. Хотя П. Л. Капица, принимавший на первых порах участие в работе Особого Комитета и Технического Совета по атомной бомбе, в письме Сталину отозвался о методах нового руководителя резко отрицательно.  Берия быстро придал всем работам по проекту необходимый размах и динамизм.  Не случайно, у одного из немецких специалистов Н. Риля, работавшего в СССР, сложилось очень хорошее впечатление от встреч с Берией.


 Проводившиеся им совещания были деловыми, всегда результативными и никогда не затягивались. Он был мастером неожиданных и нестандартных решений…. Берия был быстр в работе, не пренебрегал выездами на объекты и личным знакомством с результатами работ Известно, что он неоднократно встречался с А. Д. Сахаровым - тогда еще кандидатом физико-математических наук, а также с О. А. Лаврентьевым, только что демобилизованным сержантом-дальневосточником.   Когда Л. В. Альтшулера, не скрывавшего своих симпатий к генетике и антипатий к Лысенко, служба безопасности решила удалить с объекта под предлогом неблагонадежности, Ю. Б. Харитон напрямую позвонил Берии и сказал, что этот сотрудник делает много полезного для работы. Разговор ограничился единственным вопросом всемогущего человека, последовавшим после продолжительной паузы: «Он вам очень нужен?”. Получив утвердительный ответ и сказав: «Ну ладно», Берия повесил трубку. Инцидент был исчерпан.  По впечатлению многих ветеранов атомной отрасли, если бы атомный проект страны оставался под руководством Молотова, трудно было бы рассчитывать на быстрый успех в проведении столь грандиозных по масштабу работ».[17]  Как известно, И. В. Сталин был очень осторожным человеком. Во многих документах по атомному проекту (включая проекты постановлений правительства об испытании первой атомной бомбы) его подпись отсутствовала. Например, проект постановления СМ СССР «Об испытании первого экземпляра атомной бомбы» от 18 августа 1949 г. так и остался неподписанным И. В. Сталиным. Более того, с участием И. В. Сталина состоялось только одно совещание по атомной тематике. Оно прошло 9 января 1947 г. Согласно журналу учета посетителей кремлевского кабинета И. В. Сталина в совещании приняли участие В. М. Молотов, Л. П. Берия, Г. М. Маленков, А. Н. Вознесенский, В. А. Малышев, а также ведущие ученые и руководители, задействованные в атомном проекте. Годом ранее, 25 января 1946 г., И. В. Сталин в своем кремлевском кабинете заслушивал отчет И. В. Курчатова.  Последующие предложения Л. П. Берии о заслушивании отчетов или проведении совещаний И. В. Сталин не принимал,[18] поэтому Л. П. Берия был вынужден брать ответственность на себя. Перед отъездом на полигон для испытания первого экземпляра атомной бомбы 26 августа 1949 г. на заседании СК при СМ СССР в составе Л. П. Берии, Г. М. Маленкова, Б. Л. Ванникова, М. Г. Первухина, А. П. Завенягина, И. В. Курчатова и В. А. Махнева был принят проект постановления СМ СССР «Об испытании советской атомной бомбы», который так и не был подписан И. В. Сталиным. В справке к проекту постановления член СК В. А. Махнев от руки написал: «Председатель СК вернул оба экземпляра и сообщил, что вопрос обсуждался в ЦК и Решение выноситься не будет».[19]  Несмотря на это, испытание атомной бомбы РДС-1, в котором непосредственное участие приняли члены СК Л. П. Берия, М. Г. Первухин, А. П. Завенягин, И. В. Курчатов и В. А. Махнев, состоялось 29 августа 1949 г. на полигоне № 2, в 170 км. западнее г. Семипалатинска, Казахской ССР.  30 августа 1949 г. из района испытания Л. П. Берия и И. В. Курчатов написали доклад, который был вручен И. В. Сталину 31 августа 1949 г. В нем были изложены предварительные результаты испытания:  «Докалдываем Вам, товарищ Сталин, что усилиями большого коллектива советских ученых, конструкторов, инженеров, руководящих работников и рабочих нашей промышленности, в итоге 4-х летней напряженной работы, Ваше задание создать советскую атомную бомбу выполнено. Создание атомной бомбы в нашей стране достигнуто благодаря Вашему повседневному вниманию, заботе и помощи в решении этой задачи…».[20]  28 октября 1949 г. Л. П. Берия представил И. В. Сталину заключительный доклад о результатах испытания атомной бомбы. Доклад подписан Л. П. Берией единолично. К нему был приложен проект постановления СМ СССР «Об использовании результатов испытания на полигоне № 2».[21]  За успешное выполнение специального задания правительства более 800 научных, инженерно-технических и руководящих работников научно-исследовательских, конструкторских организаций и промышленных предприятий были награждены орденами и медалями Советского Союза. Только 29 октября 1949 г. было подписано четыре наградных Указа Президиума Верховного Совета (ПВС) СССР, одно отдельное постановление Совета Министров (СМ) СССР и одно совместное постановление ЦК ВКП (б) и СМ СССР.  Подписанию указов и постановлений предшествовало обсуждение их проектов на заседании Политбюро ЦК ВКП (б) от 29 октября 1949 г.[22] По итогам заседания было принято совместное постановление ЦК ВКП (б) и СМ СССР № 5039-1925сс, в котором утверждены проекты всех указов ПВС СССР. Указы не подлежали опубликованию и хранились в ЦК ВКП (б) и ПВС СССР в порядке, установленном для хранения секретных документов.  На этом же заседании Политбюро ЦК ВКП (б) от 29 октября 1949 г. было принято решение о награждении Героев Социалистического Труда Б. Л. Ванникова, Б. Г. Музрукова и Н. Л. Духова второй золотой медалью «Серп и Молот». В Указе ПВС СССР от 29 октября 1949 г. отмечалось, что они были награждены «за исключительные заслуги перед государством при выполнении специального задания правительства, дающие право на присвоение звания Героя Социалистического Труда». Награжденным на руки была выдана соответствующая грамота по установленной форме.  Б. Л. Ванников являлся начальником Первого главного управления при СМ СССР, Б. Г. Музруков – директором завода № 817 (ныне Производственное объединение «Маяк» в г. Озерске (Челябинск-40, Челябинской области), Н. Л. Духов – заместителем главного конструктора КБ-11 (ныне Российский федеральный ядерный центр Всероссийский научно-исследовательский институт экспериментальной физики в г. Сарове (Арзамас-16), Нижегородской области). До подписания указов о награждении участников атомного проекта в СССР не было прецедентов повторного награждения золотой звездой Героя Социалистического Труда.  Следующим Указом ПВС СССР от 29 октября 1949 г. 33 научным, инженерно-техническим и руководящим работникам научно-исследовательских, конструкторских организаций и промышленных предприятий, принимавшим участие в решении задач советского атомного проекта, «за исключительные заслуги перед государством при выполнении специального задания», в том числе и немецкому ученому Николаусу Рилю, было присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот».  Отдельным Указом ПВС СССР от 29 октября 1949 г. были награждены наиболее отличившиеся при выполнении специального задания правительства 808 научных и инженерно-технических работников. Из них: орденом Ленина – 260 человек, орденом Трудового Красного Знамени – 496 человек, орденом Знак Почета – 52 человека.[23]  Работавший в аппарате Л. П. Берии генерал А. С. Александров, которого позже назначили заместителем Б. Л. Ванникова в ПГУ и затем начальником КБ-11 (Арзамас-16, ныне г. Саров, Нижегородской области), так вспоминал о подготовке документов о награждениях: «Однажды Берия поручил мне подготовить проект постановления Совета Министров СССР о мерах поощрения за разработку вопросов атомной энергии... При подготовке проекта мне пришла мысль: а что же эти товарищи будут делать с деньгами - ведь на них ничего не купишь в наших условиях! Пошел я с этим вопросом к Берии. Он выслушал и говорит: «Запиши - дачи им построить за счет государства с полной обстановкой. Построить коттеджи или предоставить квартиры, по желанию награжденных. Выделить им машины». В общем, то, что я предполагал разрешить им купить, все это теперь предоставлялось за счет государства. Этот проект был утвержден».[24]  Кроме указов ПВС СССР, председатель СМ СССР И. В. Сталин подписал Постановление СМ СССР от 29 декабря 1949 г. № 5070-1944сс, в котором было отмечено, «что в результате совместных усилий большого коллектива ученых, конструкторов, инженеров, руководящих работников, строителей и рабочих советской промышленности успешно выполнено задание о практическом решении в СССР проблемы использования атомной энергии». Были награждены особо отличившиеся советские и немецкие ученые и специалисты. Среди перечня правительственных наград - ордена, Сталинские премии, дачи, автомобили, пожизненное право на бесплатный проезд на всех видах транспорта в пределах СССР, бесплатное обучение детей в любых учебных заведениях страны за счет государства и др.[25]  Немецкий ученый – доктор Николаус Риль, начальник лаборатории завода № 12 и руководитель разработки и внедрения в производство технологии изготовления чистого металлического урана был удостоен высшей советской награды «за исключительные заслуги перед государством при выполнении специального задания».[26] Ему было присвоено также звание лауреата Сталинской премии первой степени, установлен двойной оклад жалования на весь период работы в СССР. Помимо 350 тыс. рублей и автомашины «Победа», полученных в 1947 г., была выделена премия в сумме 350 тыс. рублей и по его желанию – дом-особняк в Москве с обстановкой.   Кроме того, отдельным указом ПВС СССР он был награжден орденом Ленина и ему присвоено звание лауреата Сталинской премии первой степени.[27]  Проект совместного постановления ЦК ВКП (б) и СМ СССР был представлен на согласование И. В. Сталину, который написал на документе: «За» и адресовал его Г. М. Маленкову с резолюцией: «На рассмотрение пятерки». Свои согласующие подписи поставили Г. М. Маленков, В. М. Молотов, Л. М. Каганович и Н. А. Булганин. Сам Л. П. Берия в обсуждении проекта участия не принимал. В Указе ПВС СССР о награждении Л. П. Берии была записана следующая формулировка: «За организацию дела производства атомной энергии и успешное завершение испытания атомного оружия».[28] Указ был отпечатан в трех экземплярах. Один экземпляр хранился в ЦК ВКП (б), один- в ПВС СССР, и один экземпляр был направлен лично Л. П. Берии.[29]   неужели вклад Б. Л. Ванникова, Б. Г. Музрукова и Н. Л. Духова в реализацию атомного проекта был больше, чем Л. П. Берии? Неужели они были более достойны награждения, а их заслуги более значимы, нежели Л. П. Берии?  К моменту награждения Л. П. Берия ранее, Указом ПВС СССР от 30 сентября 1943г., был удостоен такого звания «за особые заслуги в области усиления производства вооружения и боеприпасов в трудных условиях военного времени». Можно предположить и такую версию, как скромность руководителя атомного проекта. В защиту этой версии говорит и тот факт, что, после присвоения Л. П. Берии воинского звания маршал, в официальных документах его фамилия в сочетании с этим званием практически нигде не упоминается. Тогда почему же И. В. Сталин не настоял или не предложил представить своего заместителя повторно к званию Героя Социалистического Труда? Пока эта загадка остается неразгаданной.  В марте 1949 – июле 1951 гг. произошло значительное усиление позиций Л. П. Берии в руководстве страны. После состоявшегося в октябре 1952 г. ХIХ съезда КПСС, Л. П. Берия был включен в состав Бюро Президиума ЦК КПСС.  5 марта 1953 г. И. В. Сталин умер. В этот же день состоялось совместное заседание Пленума ЦК КПСС, СМ СССР и ПВС СССР, на котором были утверждены назначения на высшие посты партии и правительства СССР. Л. П. Берия назначен первым заместителем Председателя СМ СССР и министром внутренних дел СССР. Созданное министерство объединило ранее существовавшие министерства внутренних дел и государственной безопасности.  Низвержение Л. П. Берии готовилось задолго до его ареста. Это предположение автор делает, исходя из анализа событий, которые произошли в день ареста и ликвидации Л. П. Берии – 26 июня 1953 г. Иначе как можно расценить факт упразднения СК и подписания Указа ПВС СССР «Об образовании Министерства среднего машиностроения СССР» именно в этот день? Уже на следующий день, 27 июня 1953 г., Президиум ЦК КПСС рассмотрел вопросы назначения министра и его заместителей.  Группа заговорщиков сделала все возможное, чтобы упразднить всесильный орган, которым руководил Л. П. Берия, вымарать из памяти все хорошее, что было им сделано. Его сразу объявили врагом народа, исчадием ада, виновником пресловутых массовых репрессий. По все стране распространена дезинформация о кровавом палаче и сексуальном маньяке. 

Подробно версию ликвидации Л. П. Берии в его особняке в центре Москвы описала Елена Прудникова, и эта версия является наиболее вероятной.[30]  2 июля 1953 г. срочно был созван Пленум ЦК КПСС. Первый вопрос повестки дня: «О преступных, антипартийных и антигосударственных действиях Берия». Докладчиком по этому вопросу был член СК Г. М. Маленков. .  Для демонизации образа Л. П. Берии в глазах народа понадобилось немного времени. В 2005 г. вышла в свет книга «Герои атомного проекта», в которой опубликованы биографии выдающихся советских граждан, внесших значительный вклад в создание отечественного ядерного оружия, и кому были присвоены звания «Герой Советского Союза», «Герой Социалистического труда», «Герой России». Л. П. Берии среди них нет. Справедливо ли это? Может быть, пришло время воздать Л. П. Берии по его заслугам перед страной, которой, к сожалению, уже нет? Может быть, пришло время рассекретить все тайны кремлевского путча, состоявшегося 26 июня 1953 г., и обнародовать все материалы, связанные с личностью Л. П. Берии? Ведь по искаженным историческим фактам до настоящего времени составлены учебники истории, по которым обучаются все новые и новые поколения россиян. Создание советского ядерного оружия и сегодня обеспечивает надежный мир на планете Земля. В советском атомном проекте были заняты сотни тысяч советских людей, а на вершине всей этой «пирамиды» был Л. П. Берия – главный герой атомного проекта. 

Ссылки:

[1] Историко-революционный календарь. М.: ОГИЗ Государственное социально-экономическое издательство, 1940. 185-187.  

[2] ГКО (ГОКО) – такая аббревиатура Государственного Комитета Обороны записывалось в текстах постановлений.  

[3] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. I. 1938-1945. Ч. 1. М., 1998. С. 244-245, 271-272.  

[4] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. II. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 1. Москва-Саров, 1999. С. 269—271.  

[5] Там же. С. 269.  

[6] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. II. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 6. Москва-Саров, 2006. С. 31. 

 [7]Там же. С. 31-32.

  [8]Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. I. 1938-1945. Ч. 2. М., 2002. С. 169-175, Т. 2, Кн. 6. С. 127. 

 [9] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. I. 1938-1945. Ч. 2. М., 2002. С. 180-185.  

[10] НИИ-9 – теперь Всероссийский научно-исследовательский институт неорганических материалов им. А.А. Бочвара. 

 [11] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. I. 1938-1945. Ч. 2. М., 2002. С. 169-175, Т. 2, Кн. 6. С. 36.  

[12] Петорсьянц Андраник Мелконович, 1947-1953 гг. заместитель начальника ПГУ при СМ СССР по вопросам оборудования и снабжения.  

[13] Литвинов Б.В. Атомная энергия не только для военных целей. Екатеринбург, 2004. С. 24.  

[14] НКГБ- народный комиссариат государственной безопасности.  

[15] Разведывательное управление Красной Армии. 

 [16] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. II. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 1. Москва-Саров, 1999. С. 11-1. 

 [17] Мифы и реальность советского атомного проекта. Харитон Ю. Б., Смирнов Ю. Н., Арзамас-16, 1994. С. 40-43.  

[18] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. II. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 1. Москва-Саров, 1999. С. 633-634.  

[19] Там же, С. 638. 

 [20] Там же, С. 639- 643.  

[21] Там же, С. 646- 658.  

[22] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. II. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 6. Москва-Саров, 2006. С. 690. 

 [23] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. II. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 1. Москва-Саров, 1999. С. 565- 605. 

 [24] Там же. С. 46. 

 [25] Там же. С. 530-562.  

[26] Там же. С. 564, С. 578, 582, 599. В тексте Указа в списке под номером 23 Николаус Риль был поименован как Николай Васильевич. 

 [27] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. II. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 4. Москва-Саров, 2003. С. 342. 

 28] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. II. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 6. Москва-Саров, 2006. С. 691. 

 [29] Атомный проект СССР. Документы и материалы. Т. II. Атомная бомба. 1945-1954. Кн. 4. Москва-Саров, 2003. С. 745.  

[30] Прудникова Е. Правда про Л.Берию. ломая догмы и стереотипы. 25.09.2012 г.  http://atnews.org/news/pravda_pro_beriju_lomaja_dogmy_i_stereotipy/2013-06-28-8885  Журнал "ВЕСИ" №2 (108) 2015 года Источник

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.