egor_23

Дополнение 8 (Мухтар Яхьяев, профессор ДГУ: "Россия: государство без...")

Дополнение 7... В статье 13 Конституции Российской Федерации зафиксировано: «Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». 

Из этого положения выводится утверждение о том, что Российское государство не имеет и не может иметь своей идеологии. Но тогда все разговоры об антиэкстремистской, антикризисной, иных формах государственной идеологии, об усилении идеологического противодействия деструктивным идеологиям не более чем заблуждение и самообман. Из конституционного запрета государственной идеологии иногда выводится и отрицание возможности и целесообразности выработки общенациональной идеи для России. Но давайте зададимся вопросом: действительно ли Российское государство изначально обречено на безыдейное существование или же этот запрет на государственную идеологию не более чем «мудрствование от лукавого»?

                           Что же такое идеология?

В основе понятия «идеология» лежит греческое слово «идея», которое буквально переводится как «то, что видно», «видимое» и с древнейших времен используется для обозначения образа, мысли, представления, намерения, плана. Логос же переводится как слово, речь, понятие. Таким образом, этимологический смысл идеологии состоит в ее понимании как учения об образах, представлениях, намерениях на будущее. Но все слова, обозначающие общественные явления, имеют изменчивый, незавершенный характер; их содержание зависит от конкретно-исторических обстоятельств, социальных, политических, методологических и иных установок. Ясно, что и этимология слова «идеология» не передает современного его понимания.
Дестют де Траси, который и ввел в начале XIX века в научный оборот термин «идеология», использовал его для обозначения науки, предметом которой должны стать всеобщие законы образования идей, их трансформация, влияние на жизнь отдельных социальных групп, классов, сословий. По его замыслу, идеология должна была вытеснить философию с ее места королевы всех наук и сыграть главную интегрирующую роль в объединении всего социального познания.
К.Маркс считал идеологию извращенным, ложным сознанием, выражающим интересы определенного класса, которые выдаются за общественные интересы. По логике Маркса, экономические отношения как базисные общественные отношения формируют социальные позиции, которые получают свое выражение в виде установок, целей, интересов и систематизируются в идеологии. Идеология приближается к статусу «научной» лишь в той мере, в какой она способна выражать максимально «общий» общественный интерес. Этой же традиции отдали дань и некоторые теоретики II Интернационала и их оппоненты. В результате во второй половине XIХ века понятие «идеология» преимущественно употребляется для характеристики неистинного мировоззрения, предназначенного для обмана ради политических и иных интересов.
Попытки соединить в органическое целое науку и идеологию, причем не любую идеологию, а именно марксизм, были предприняты Г.Плехановым, Ф.Мерингом, Р.Люксембург, которые рассматривали марксизм как науку и одновременно как идеологию пролетариата. В.Ленин выдвинул концепцию научной идеологии, оказавшуюся весьма плодотворной в достижении той политической цели, которую ставили перед собой большевики, - захват политической власти. Он считал, что субъективные интересы пролетариата не только могут, но и выражают объективные интересы всего общества. Идеологию стали рассматривать как инструмент политики и орудие управления массами.

В XX веке понятие идеологии стало столь значимым, что его не могли обойти вниманием последователи самых различных политических направлений. Первым этот момент оценил классик теории идеологии К.Манхейм в работе «Диагноз нашего времени», который писал: «Одно время казалось, что выявление идеологического аспекта в мышлении противника является исключительной привилегией борющегося пролетариата… Поэтому... понятие идеологии связывали прежде всего с марксистско-пролетарской системой мышления, более того, даже отождествляли с ней»; но «проблема идеологии носит слишком общий и принципиальный характер, чтобы она могла длительное время оставаться привилегией одной партии». По Манхейму, идеология – это хотя и совокупность искаженного знания о действительности, но имеющего целью сохранить существующий порядок вещей.
В идеологии как системе ориентиров, целей и программ социальной деятельности осознаются и оцениваются отношения людей к действительности и друг к другу, осмысливаются многообразные социальные проблемы и конфликты. Идеология выполняет вполне определенные функции, вырабатывая соответствующие интересам конкретных классов, социальных групп типы мышления и поведения, программы социального действия. То есть идеология, будучи отражением общественного бытия в сознании людей, в свою очередь активно воздействует на развитие общества, способствуя или препятствуя ему.
Идеологии существуют в различных формах политических, правовых, этических, религиозных, философских взглядов. Они бывают революционными или реакционными, прогрессивными или консервативными, либеральными или радикальными, религиозными или светскими, интернационалистическими или националистическими. Конкретная идеология может включать в себя различные формы знаний и сочетать различные характеристики. Так, к примеру, идеология восходящей буржуазии XVII-XVIII веков была прогрессивной, либеральной, революционной, интернационалистической, светской.
В обществе, разделенном на противоположные классы, сословия, слои, состоящем из различных конфессиональных сообществ и исторических форм общностей людей, неизбежно возникновение различных идеологий, защищающих и выражающих их интересы. Наличие в обществе нескольких идеологий приводит к их борьбе, которая имеет социальное значение, ибо выражает противоположность интересов больших групп людей. Противостояние идеологий осуществляется не только внутри конкретного общества, но и на международной арене. Любая идеология пытается занять доминирующее положение. Потому ослабление одной идеологии всегда есть усиление другой идеологии.

           Россия в плену утопии «деидеологизации»

Острое идеологическое противостояние между либерализмом, коммунизмом и национал-социализмом было характерно первой половине XX века. Но уже к середине 60-х годов на Западе формируется негативное отношение к идеологии вообще, что было связано с осмыслением обществ, функционировавших по типу социальных машин (нацистская Германия, СССР периода культа личности), где жизнедеятельность людей подгонялась под идеологические стандарты. В ходу тогда была концепция «деидеологизации» (Д.Белл и др.), согласно которой индустриальные страны Запада сталкиваются с проблемами, требующими «технических решений», а не идеологических. А потому социальная роль идеологии должна сойти на нет. Социальный запрос на деидеологизацию сознания вылился в движение «контркультуры» конца 60-х годов, когда идеология стала трактоваться как вид борьбы за утверждение тех или иных идеалов. Акцент в изучении идеологии сместился к ее иррациональным аспектам. В борьбе против социалистического мира стали широко использоваться утверждения об иррациональности, мифологическом характере всякой идеологии. Одновременно заявила о себе и тенденция к «реидеологизации», что больше отвечало устремлениям Запада разрушить социалистический мир изнутри. Социальная утопия деидеологизации проникла и в Россию. В конце 80-х – начале 90-х годов популярным стал тезис: «Долой идеологию!».

С крушением мировой системы социализма и распадом СССР западными мыслителями (Ф.Фукуяма и др.) был возрожден старый социальный миф о «конце истории», протаскивающий идею начала новой эпохи, эпохи, где нет места идеологиям, их борьбе. История как противостояние индивидуалистических обществ, основанных на либеральных и демократических ценностях, и коллективистических обществ, основанных на коммунистических или же национал-социалистических ценностях, завершилась. Настала эпоха торжества либерализма как идеологии и как социальной практики. Банкротство коммунистической идеологии и утверждение либеральных ценностей в постсоветской России прозападно настроенными политиками были представлены как деидеологизация общественного сознания и отказ государства от какой бы то ни было идеологии.
Разработчики Основного Закона новой России оказались в плену пагубных социальных утопий «деидеологизации» и «конца истории», что нашло свое выражение в конституционном закреплении отказа от государственной идеологии. Сегодня мы на примере России видим, что государство без идеологии (как программы действий, совокупности ориентиров и целей) не может полноценно функционировать. Идеология в тех или иных модификациях уже на обыденном уровне сознания существует в психике человека всегда, обеспечивая определенный уровень сохранения основных структур общества и схем жизнедеятельности людей. Косвенным осознанием этого является и то, что с конца 90-годов в России все чаще провозглашается тезис: «Да здравствует новая идеология России!». Однако поиск новой идеологии для России осознается пока только как проблема поиска и развития наиболее оптимальных форм сочетания и сосуществования разных идеологий. Чаще всего в качестве таких идеологий называются либеральная, религиозная и коммунистическая идеологии. По моему мнению, здесь смешиваются две разные проблемы, а именно, наличие у России государственной идеологии и возможность разработки общенациональной идеи.

Идеология у Российского государства есть, и ее название - консервативный либерализм. И мы сейчас попытаемся обосновать это утверждение. Но начнем с общей характеристики либерализма как идеологии и социальной практики.
                                    Что такое либерализм?
Либерализм – это идейное течение, истоки которого восходят к эпохе буржуазных революций и в основе которого лежит убеждение в необходимости реформирования общества с целью более полной реализации индивидуальных ценностей. Основные ценности либерализма этого периода: права и свободы личности, демократическое устройство государства, верховенство закона, нерелигиозная нравственность и пр., которые истолковываются как средства достижения индивидуальной свободы. В либерализме, таким образом, на первый план выдвигается отдельный человек, а ценность общественных групп или учреждений измеряется исключительно тем, в какой мере они защищают права и интересы личности.
Либерализм различает политическую и гражданскую свободу личности. Политическая свобода как гарантия права гражданина участвовать в управлении государством является необходимым и единственно действенным дополнением гражданской свободы. Без политической свободы гражданская свобода хрупка и ненадежна. Гражданская свобода - это те основные права личности, на признании которых базируется сама возможность гражданского общества. Основные гарантии свободы личности либерализм усматривает в частной собственности и правовом государстве. А это позволяет судить о либерализме как об идеологии, выражающей и защищающей интересы тех слоев общества, которые состоят из частных собственников, то есть как о буржуазной идеологии.
Либерализм является не только идеологией, но и определенной социальной практикой. Он еще в XIX веке выступал с критикой феодальной регламентации экономических отношений. Физиократы, а за ними А.Смит, активно поддерживали лозунг: «Не мешайте действовать», Дж.Локк и другие просветители внесли важный вклад в утверждение идей парламентской демократии, конституционного правления, основанного на разделении власти между исполнительными и законодательными органами, обеспечении основных прав граждан, включая свободу слова, печати, вероисповедания и т.д.
В начале ХХ века либерализм еще отстаивал общественное устройство, при котором регулирование социально-экономических отношений осуществляется спонтанно, через механизм «свободного рынка», но был вытеснен с политического олимпа социалистическими идеями, главное содержание которых составляли обобществление собственности и планирование экономической деятельности. Завоеванные либеральные свободы были объявлены новой идеологией ничего не стоящими без экономической свободы, которую должен был принести социализм. Марксистско-пролетарская идеология свела свободу личности к устранению капиталистической эксплуатации и требованию равного распределения общественного богатства.
Либерализм восстановил свой потенциал в 30-40-е годы ХХ века, когда опыт коммунистической России показал, что обещанный радикальными социалистами путь к свободе есть в действительности прямая дорога к тоталитарному коммунистическому рабству. Но постепенно и сам классический либерализм подвергся существенной перестройке, прежде всего в вопросе о социально-экономической роли государства. Возникли концепции «нового либерализма», или неолиберализма, сблизившегося с консерватизмом.
Неолиберализм вменил государству обязанность разработки и воплощения в жизнь общей стратегии экономического развития, предотвращения кризисов и стабилизации финансового положения. Была признана важность социальных и экономических прав индивидов, особая значимость выравнивания возможностей и шансов людей, особенно являющихся членами социальных групп, фактически оказавшихся в наиболее трудном положении. Неолиберализм стал учитывать гуманистические идеалы, стоящие выше механизмов рынка и конкуренции, и подчеркивать значение коллективных действий, ограничивающих сферу применения таких механизмов.
Однако и неолиберализм противопоставляет путь постепенных, шаг за шагом идущих реформ более радикальному пути социальной революции и утверждает, что революции вообще не нужны и даже неразумны в современном обществе. Но без революции не происходят переходы от коллективистического устройства общества к индивидуалистическому его устройству и наоборот. Лицемерие идеологии неолиберализма заключается в том, что для собственного утверждения он признает революционный путь, а после - отрицает его необходимость и разумность.
       Идеология Российского государства
Идеологией современного Российского государства является неолиберализм, или же консервативный либерализм. Прежде чем принять или опровергнуть данное утверждение, присмотримся к основным ценностям, зафиксированным в Конституции РФ.

 Первая же статья Конституции объявляет Россию демократическим правовым государством с республиканской формой правления. Вторая статья провозглашает человека, его права и свободы высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина вменяются в обязанность государства. В последующих статьях закрепляется социальный и светский характер государства, утверждается разделение властей, равенство всех перед законом, многообразие форм собственности, многопартийность, идеологический плюрализм и т.д. Но все эти положения и есть сердцевина либеральной идеологии.
Конституционное закрепление этих ценностей лишает всякого позитивного смысла пункт 2 статьи 13: «Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». С таким же успехом можно было устранить из Конституции СССР 1977 года утверждения о том, что советское государство руководствуется идеями научного коммунизма, и 6 статью о руководящей и направляющей силе общества, вооруженной марксистско-ленинским учением, и заявить об отсутствии государственной идеологии в СССР.
Но важнейшие положения той конституции, в которых были закреплены ценности коммунистической идеологии, не оставляют места сомнениям по поводу государственной идеологии в СССР. Потому и непонятно, почему же современное Российское государство так упорствует в отрицании собственной идеологии?
Парадоксальность ситуации с признанием или отрицанием государственной идеологии России высвечивается даже при таком поверхностном взгляде на современные политические реалии. В декабре прошлого года в Москве прошел Х съезд партии «Единая Россия», на котором с программной речью выступил Председатель партии Владимир Путин. Всем тем, кто отрицает наличие идеологии у Российского государства, предлагаю найти хотя бы две разницы в его выступлении как лидера партии и в его же речах как Председателя Правительства России. Идеологические ориентиры и программные цели одни и те же.
Полное совпадение государственной идеологии России с идеологией партии «Единая Россия» продемонстрировал в своем выступлении и Председатель Высшего совета партии, а по совместительству и Председатель Государственной Думы РФ Борис Грызлов. Озвучивая основные целевые установки партийно-государственной идеологии перед делегатами съезда, Грызлов даже неуклюже обозначил эту идеологию следующими словами: «Мы называем свою идеологию российским консерватизмом», хотя точнее было бы назвать ее консервативным либерализмом. Он же сказал и о том, что базовый программный документ партии «должен отражать новый уровень ответственности власти» перед обществом. Заметьте, на партийном форуме он говорил об ответственности власти, а не партии.
Другие руководители «Единой России» (они же, за редким исключением, руководители органов власти и местного самоуправления), партийные функционеры различного уровня (они же государственные чиновники) прекрасно понимают, что идеология их партии и является идеологией Российского государства. А политический плюрализм и идеологическое многообразие допускаются, по либеральной традиции, лишь в тех пределах, в которых они безвредны для сформировавшегося буржуазного государства и еще не сложившегося гражданского общества.
Очевидно, что у России все-таки есть своя государственная идеология, чего, к сожалению, не скажешь об общенациональной идее. Общенациональная идея должна выразить интересы всех социальных слоев российского общества, способствовать их сплочению. Она должна быть способной объединить их усилия в целях социального созидания и достижения благополучия и стабильности во всем российском обществе. В этой связи еще лет 10 назад я предлагал следующее: «В условиях, когда нет общенациональной идеи, представляется целесообразным возвести на этот уровень идею правового гражданского общества… Против нее нет принципиальных возражений ни у коммунистов, ни у либералов, ни у атеистов, ни у духовенства. Тем более что важнейшие характеристики правового гражданского общества зафиксированы в действующих Конституциях Российской Федерации и Республики Дагестан». Но за прошедшее время она так и не стала национальной идеей России, несмотря на заинтересованное обсуждение и титанические усилия органов власти, отдельных институтов гражданского общества, ученого сообщества по ее пропаганде. Возможно, что одной из причин этого является и то, что правовое гражданское общество воспринимается в массовом сознании как сердцевина либеральной идеологии, а либерализм как буржуазная идеология не может претендовать на что-либо большее, чем быть государственной идеологией капиталистической России.
По всей видимости, в современных условиях общенациональная идея может сформироваться только на основе синтеза, оптимального сочетания позитивных моментов всех существующих в российском обществе гуманистических идеологий. Ни либеральная, ни коммунистическая, ни социал-демократическая, ни религиозная, ни иные идеи сами по себе не могут играть роль национальной идеи России. Потому разработка общенациональной идеи остается актуальной проблемой социально-политической мысли России.

Но почему для нас сегодня так важен сам факт официального признания государственной идеологии России? Да потому, что органы государственной власти и местного самоуправления, которые по сути тоже являются органами власти, не могут вести идеологическую работу, если у государства нет идеологии, у общества – национальной идеи. 

Идеологическая борьба – это не столько критика оппозиционной идеологии или правовые ограничения, а то и запрет деструктивных человеконенавистнических идеологий, сколько гуманистическое просвещение и пропаганда собственных идеологических ценностей и программных установок. Ну не может Президент РД требовать от чиновников усилить, совершенствовать, поднять на новый уровень идеологическую работу, если предварительно не вооружить их конкретной государственной идеологией. Идеологии оппозиционных партий для этого не годятся, так как их краеугольная идея – приобщение к государственной власти или ее насильственный захват. Правящая же партия имеет все возможности представить свой корпоративный интерес как «общий» общественный интерес и свою идеологию как государственную идеологию. И только это одно позволяет властным структурам проводить на государственном уровне идеологическую работу.

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.