egor_23

Categories:

Исторический материализм 55

(ССЫЛКА) (В тексте выделяю всюду я)

Социальные корни религии в условиях капитализма.
Религия — это самая консервативная и реакционная идеологическая форма. Передаваясь из поколения в поколение, она цепко держит в своих лапах сознание трудящихся. Но как же возможно существование религии и ее господство над умами миллионов людей в век пара и электричества, в век химии и атомной энергии, в век тепловозов и самолетов, в век современной медицины? Это нельзя объяснить только тем, что здесь играет огромную роль вековая традиция. Главная причина существования религии и религиозности масс в буржуазном обществе кроется в системе капитализма, в анархии производства и стихийном действии его законов, в придавленности трудящихся капиталистическим гнетом. От капиталистического гнета, от порождаемых капитализмом войн, кризисов, безработицы, нищеты человечество страдает, терпит бедствия, неизмеримо большие, чем от всех стихийных сил природы, вместе взятых. В статье «Об отношении рабочей партии к религии» Ленин писал: «Почему держится религия в отсталых слоях городского пролетариата, в широких слоях полупролетариата, а также в массе крестьянства? По невежеству народа, отвечает буржуазный прогрессист, радикал или буржуазный материалист... Такой взгляд есть поверхностное, буржуазно-ограниченное культурничество. Такой взгляд недостаточно глубоко, не материалистически, а идеалистически объясняет корни религии. В современных капиталистических странах это — корни, главным образом, социальные. Социальная придавленность трудящихся масс, кажущаяся полная беспомощность их перед слепыми силами капитализма, который причиняет ежедневно и ежечасно в тысячу раз больше самых ужасных страданий, самых диких мучений рядовым рабочим людям, чем всякие из ряда вон выходящие события вроде войн, землетрясений и т. д., — вот в чем самый глубокий современный корень религии. «Страх создал богов». Страх перед слепой силой капитала, которая слепа, ибо не может быть предусмотрена массами народа, которая на каждом шагу жизни пролетария и мелкого хозяйчика грозит принести ему и приносит «внезапное», «неожиданное», «случайное» разорение, гибель, превращение в нищего, в паупера, в проститутку, голодную смерть,— вот тот корень современной религии, который прежде всего и больше всего должен иметь в виду материалист, если он не хочет оставаться материалистом приготовительного класса». (В.И.Ленин, Соч., т. 15, изд. 4, стр. 374-375).
Религия в капиталистических странах является орудием социального гнета, а церковь представляет часть аппарата, служащего закрепощению трудящихся масс. Например, католическая церковь во главе с римским папой, а также протестантская церковь всюду поддерживают самые реакционные режимы, Ватикан открыто поддерживал Муссолини и Гитлера, их разбойничью империалистическую войну и ни разу не протестовал против их чудовищных преступлений и зверств. После второй мировой войны Ватикан требовал милосердия к фашистским военным преступникам и добивался их оправдания. Во многих странах капитализма католические партии или партии, близкие к католической церкви, стоят у власти: в Италии, Франции, Западной Германии, Испании, Португалии, И они проявили себя как самые кровавые палачи, душители свободы и демократии. Палач Шельба, министр внутренних дел Италии, это символ католической реакции.
Ватикан запятнал себя как соучастник страшных злодеяний империалистической буржуазии против народов. Католическая церковь во главе с папой ныне перешла на службу к главной империалистической реакционной силе наших дней — к империализму США. Располагая колоссальным разветвленным аппаратом, Ватикан выполняет функции духовного порабощения трудящихся, а также шпионские функции. Об этом свидетельствуют дело кардинала Миндсенти в Венгрии, судебные процессы шпионов и диверсантов — католических священников в Чехословакии, в Болгарии. Проводя подрывную работу в странах народной демократии, поддерживая поджигателей войны, содействуя сколачиванию военных империалистических блоков против СССР и стран народной демократии, папа Пий XII, благословлявший и благословляющий фашистских палачей, предает анафеме, проклятию сотни миллионов граждан, идущих во всех странах за коммунистами. Ватикан — это поджигатель войны.
Католическая церковь, как и религия в целом, все больше и больше разоблачает себя перед всем миром как орудие империалистической реакции.
Реакционную роль играют и другие религии, в частности ислам и буддизм. Например, ислам, являясь орудием классового угнетения, требует от верующих смирения, покорности своей судьбе, безропотного подчинения эксплуататорам. Недаром Слово ислам означает покорность, а последователи ислама называются мусульманами (муслимы), что значит покорные.
Весь ход исторического развития подрывает силы реакции и способствует торжеству прогрессивных сил, сил коммунизма, борющихся под знаменем научного, материалистического, атеистического мировоззрения.
Коренная противоположность религии и науки.
Религия и наука взаимно исключают друг друга. «...Религиозные предрассудки идут против науки, ибо всякая религия есть нечто противоположное науке», - указывает И. В. Сталин. (И.В.Сталин, Соч., т. 10, стр. 132-133).
Наука — это совокупность знаний о природе и обществе, знаний, проверяемых практикой и используемых для подчинения сил природы, а также для борьбы с капитализмом и для строительства коммунизма. Наука вооружает человека действительным знанием, увеличивает его власть над природой и над общественными явлениями, расширяет его кругозор, дает силу ориентировки, ясность перспективы развития.
Религия — это фантастическое, превратное воззрение на мир. Она усыпляет разум, ослабляет волю людей в борьбе с силами природы, волю угнетенных в борьбе с угнетателями. Религия — это путы, сковывающие людей. Религия враждебна народу, трудящимся. Она есть орудие реакции.
Наука шаг за шагом вытесняет религию и идеализм. Коперник нанес удар освященному религией представлению о земле как центре вселенной. Открытие Ломоносовым закона сохранения материи, а также закона сохранения энергии выбило почву у религиозного учения о сотворении мира. Дарвин своим учением о происхождении и развитии животных и растительных видов нанес сокрушительный удар религиозному мировоззрению. Великие русские ученые-материалисты Сеченов и Павлов своими работами в области физиологии и психологии, Тимирязев и Мичурин в биологии нанесли смертельный удар религии и идеалистическому мировоззрению. Выдающийся советский ученый Т. Д. Лысенко своими смелыми теоретическими исследованиями и опытами, своей практикой по преобразованию растительного мира способствовал разгрому идеалистического, поповского учения в биологии — вейсманизма-менделизма-морганизма. Марксизм-ленинизм навсегда изгнал религию из ее последнего убежища — из области истории.
Таким образом, по мере развития науки религиозные предрассудки все больше и больше теряют под собой почву. Однако в капиталистическом обществе прогресс науки совершается противоречиво. Буржуазия в целях развития производства вынуждена опираться на науку, но, с другой стороны, она страшится науки и защищает приоритет религии перед наукой, пытается примирить религию с наукой и даже ведет прямой поход против науки. Реакционные идеологи пытаются использовать трудности развития науки для усиления идеализма и религии, истолковывают нерешенные проблемы в пользу религии. В фашистской Германии мракобесие и поход против передовой науки приняли в свое время ужасающие размеры.
Ныне в рассадник мракобесия и реакции превратились США. Во многих штатах (Теннеси, Орегон, Мичиган, Флорида, Калифорния и др.) еще в 1921—1926 гг. законодательством было запрещено преподавание дарвиновской теории. Буржуазные мракобесы США заявили, что «христиане будут сражаться с эволюцией, как с величайшим врагом». В штате Джорджия преподавание астрономии ведется по Птоломею, а учебники, в которых говорится о том, что земля имеет шарообразную форму, запрещены. Проповедь антинаучных теорий, диких суеверий, преследование великих естественно-научных теорий, яростная борьба против прогрессивных общественных сил — это роднит американскую реакцию с средневековой инквизицией.
Марксизм-Ленинизм и борьба с религией.
Диалектический материализм непримирим ни с каким суеверием, ни с каким духовным и социальным гнетом. Марксизм-ленинизм всегда вел последовательную, непримиримую борьбу против всех видов мракобесия, идеализма и религии. Именно он указал истинный путь к полному преодолению религии и эксплуататорского строя, ее поддерживающего.
Еще в ранней своей работе «К критике гегелевской философии права» Маркс писал: «Религия — это вздох угнетенной твари, душа бессердечного мира, дух бездушного безвременья. Она — опиум народа». (К.Маркс и Ф.Энгельс, Соч., т. I, Госполитиздат, 1938, стр. 385).
Во всех своих философских произведениях Маркс и Энгельс обосновывали последовательный, воинствующий атеизм. Ленин и Сталин двинули дальше и всесторонне развили этот атеизм. Они всегда вели непримиримую борьбу против поповщины во всех ее разновидностях, критиковали малейшие отступления от диалектико-материалистического мировоззрения, от последовательного атеизма.
После поражения революции 1905—1907 гг. в России наступила полоса реакции. Часть интеллигенции ударилась в мистику, проповедуя реакционные идеи «богостроительства», «богоискательства». «Богостроители», связанные с махистами, богдановцами, подкрашивали скомпрометировавшую себя христианскую религию и церковь и проповедовали обновленную религию. Ленин выступил против проповедников идеализма, поповщины, «богостроительства» и «богоискательства» со своей знаменитой книгой «Материализм и эмпириокритицизм» и рядом статей. В письме к М. Горькому, критикуя «богостроителей», Ленин писал:«Неверно, что Бог есть комплекс идей, будящих и организующих социальные чувства. Это — богдановский идеализм, затушевывающий материальное происхождение идей. Бог есть (исторически и житейски) прежде всего комплекс идей, порожденных тупой придавленностью человека и внешней природой и классовым гнетом, — идей, закрепляющих эту придавленность, усыпляющих классовую борьбу. Было время в истории, когда, несмотря на такое происхождение и такое действительное значение идеи бога, борьба демократии и пролетариата шла в форме борьбы одной религиозной идеи против другой. Но и это время давно прошло». (В.И.Ленин, Соч., т. XVII, изд. 3, стр. 85).
В нашу эпоху всякая, даже самая утонченная, благонамеренная защита или оправдание идеи бога есть оправдание реакции и пособничество ей.
«Миллион грехов, пакостей, насилий и зараз физических гораздо легче раскрываются толпой и потому гораздо менее опасны, чем тонкая, духовная, приодетая в самые нарядные «идейные» костюмы идея боженьки». (Там же, стр. 82).
Вот почему марксисты-ленинцы считали и считают необходимым вести борьбу с религиозными предрассудками и суевериями, в каких бы формах они ни проявлялись.
В реформистских партиях II Интернационала широкое распространение получили оппортунистическая терпимость к религиозной проповеди и даже прямые попытки «соединить» социализм с религией. Оппортунисты из II Интернационала заявляли, что религия должна быть объявлена «частным делом» каждого социал-демократа. Современные правые социалисты во всех странах проповедуют идеализм, мистику, поповщину, «религиозный социализм».
Разоблачая оппортунистов, Ленин указывал, что нельзя отождествлять отношение к религии со стороны государства и со стороны партии пролетариата. «Мы требуем, чтобы религия была частным делом по отношению к государству, но мы никак не можем считать религию частным делом по отношению к нашей собственной партии». (В.И.Ленин, Соч., т. 10, изд. 4, стр. 66).
Признание религии частным делом по отношению к государству означает, что церковь должна быть отделена от государства, государство не должно поддерживать религиозные культы, а всякий гражданин должен быть совершенно свободен исповедовать какую угодно религию или не признавать никакой религии, т. е. быть атеистом. Выдвигая эти требования
как часть демократических преобразований, партия пролетариата стремилась обеспечить гражданам полную свободу совести и покончить с распространенными в капиталистических странах преследованиями людей за их уклонение от господствующей религии.
C победой Великой Октябрьской социалистической революции и установлением советской власти церковь в СССР отделена от государства и школа от церкви. В статье 124 Конституции СССР указано: «Свобода отправления религиозных культов и свобода антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами».
Религия, являясь с точки зрения марксизма частным делом по отношению к государству, отнюдь не является частным делом по отношению к партии пролетариата. Марксистская партия не может безразлично относиться к тому, какие убеждения, принципы исповедуют ее члены. Она требует от своих членов активной борьбы против всякого социального и духовного гнета, борьбы со всеми отсталыми взглядами, со всеми предрассудками, в том числе и с религиозными. В условиях капитализма, когда религия имеет прочные социальные корни, борьба с нею ведется не только путем воспитания, пропаганды научного мировоззрения, но прежде всего путем вовлечения трудящихся в активную борьбу за революционное преобразование общества. При этом партия всегда подчиняет борьбу с религиозными предрассудками политическим задачам, коренным интересам борьбы за диктатуру рабочего класса, за коммунизм.
Для того что бы преодолеть религию, суеверия, мистику, недостаточно одних просветительных книжек, даже самых хороших. Чтобы преодолеть религию, суеверия, мистику, надо уничтожить почву, которая их порождает и питает. Иначе говоря, надо уничтожить капиталистическое и построить коммунистическое общество.
Социалистическая революция, победа социализма в СССР подтвердили полностью это положение марксизма-ленинизма. С установлением планового социалистического хозяйства, с уничтожением Эксплуатации человека человеком и ликвидацией эксплуататорских классов в СССР навсегда уничтожены социальные корни религии. В борьбе за социализм граждане СССР освобождались от религиозных суеверий, религиозных верований. Ныне подавляющее большинство граждан социалистического общества — это атеисты, неверующие. В своей борьбе за коммунизм они полагаются не на помощь призрачных небесных сил, а лишь на свои собственные силы, на данные науки, на руководство партии большевиков.
Возрастающая механизация сельского хозяйства, широкие мероприятия Советского государства по борьбе с засухой, борьба за высокие, устойчивые урожаи в корне подрывают религиозные суеверия. Десятки миллионов передовых колхозников уже ясно понимают, что нельзя пассивно ждать милостей не только от несуществующего бога, но и от природы. Опираясь на передовую технику и науку, они своим социалистическим трудом создают невиданно высокие урожаи и тем самым опровергают реакционные религиозные басни.
Однако в социалистическом обществе религиозные воззрения еще не преодолены полностью. Религия, религиозные суеверия пока еще продолжают владеть умами значительной части населения, особенно в деревне. Религиозные взгляды в социалистическом обществе являются пережитком, наследием старого строя.
Когда новое только что возникло, элементы старого продолжают еще оставаться наряду с новым по традиции. Так бывает и в экономике и в области идеологической. А религия — наиболее консервативная форма идеологии. Раз возникнув и овладев умами миллионов, она приобретает силу привычки, передается из поколения в поколение по традиции.
Религиозные пережитки, несомненно, являются тормозом нашего развития к коммунизму. Борьба против религиозного мировоззрения, за научное, материалистическое мировоззрение есть часть борьбы за коммунизм. Поэтому в условиях социалистического общества особое значение приобретает пропаганда научного мировоззрения. Именно потому, что социальные, экономические корни религии в СССР уже уничтожены, приобретает решающее значение умелая систематическая антирелигиозная пропаганда, тесно связанная с повседневной практикой
строительства коммунизма.
Коммунистическая партия противопоставляет религии последовательный воинствующий атеизм, диалектический материализм. Диалектический материализм, давая правильную, научную картину мира, возвышает человека, будит его активность, умножает его силы в борьбе за преобразование мира в интересах трудящихся.
7. Искусство. Что такое искусство?
Искусство — это одна из форм общественного сознания. Как и наука, передовое, реалистическое искусство также призвано дать обществу, передовым классам правдивую картину действительности, познание социальной жизни. Но искусство, художественное мышление, в отличие от науки, от теоретического мышления, дает познание, воспроизведение действительности не в понятиях, категориях, а в художественных образах, в живых картинах. «Философ, — пишет Белинский, — говорит силлогизмами, поэт — образами и картинами, а говорят оба они одно и то же. Политико-эконом, вооружась статистическими числами, доказывает, действуя на ум своих читателей или слушателей, что положение такого-то класса в обществе много улучшилось или много ухудшилось вследствие таких-то и таких-то причин. Поэт, вооружась живым и ярким изображением действительности, показывает в верной картине, действуя на фантазию своих читателей, что положение такого-то класса в обществе действительно много улучшилось или ухудшилось от таких-то и таких-то причин. Один доказывает, другой показывает, и оба убеждают, только один логическими доводами, другой — картинами». (В.Г.Белинский, Избранные философские сочинения, т. II, Госполитиздат, 1948, стр. 453).
Подлинное произведение искусства всегда заключает в себе ту или иную общественную идею, воплощенную в художественном образе. Чем более значительна, возвышенна и правдива идея произведения искусства и чем совершеннее и адекватнее в этой идее его художественная форма, тем выше и значительней художественное достоинство произведения. Ложная идея неизбежно приводит к внутренней противоречивости, неубедительности, неправдоподобности произведения искусства и, следовательно, к его антихудожественности. Форма, лишенная высокого идейного содержания, не дает и не может дать подлинно художественного произведения. Отрыв формы от содержания, формализм в искусстве ведет к распаду искусства, к пустоцвету. В подлинно великих творениях искусства идейное содержание и художественная форма адекватны, соответствуют друг другу.
Художественный образ реалистического искусства отражает и выражает наиболее существенное, типичное в изображаемой действительности, в общественной жизни. В отличие от чисто внешнего, натуралистического изображения единичного, случайного, художник-реалист, создавая образ, проникает во внутренний мир изображаемого, дает изображение типичного, существенного. В образе индивидуального героя, изображаемого художником, воплощается социальный тип, характер, имеющий более или менее широкое распространение в определенной общественной среде. Социальными типами старого общества были Отелло, Яго, Скотинины, Фамусов, Чацкий, Евгений Онегин, Хлестаков, Иудушка Головлев и многие другие. Социальными типами советского общества являются комсомолец Павел Корчагин, двадцатипятитысячник Давыдов, полковник Воропаев, кавалер «Золотой Звезды» Тутаринов и т. д. Художник-реалист дает изображение типичных характеров в типичных обстоятельствах. Галерея художественных образов, создаваемая искусством, раскрывает перед нами целый мир общественных отношений, исторических событий. Ф. Энгельс, характеризуя творчество Бальзака, его «Человеческую комедию», пишет, что он «дает нам самую замечательную реалистическую историю французского общества». (К.Маркс и Ф.Энгельс, Избранные письма, 1947, стр. 405).
Искусство играет огромную роль в общественной жизни. Порождаемое общественной жизнью и являясь художественным отображением действительности, оно в свою очередь оказывает воздействие на общественную жизнь, формирует чувства, мысли, волю, нравственные принципы людей. Воздействие искусства на общественную жизнь может быть прогрессивным и реакционным в зависимости от его классового содержания.
Буржуазные социологи, теоретики искусства, обычно объясняют происхождение искусства то какими-то таинственными «свойствами человеческой души» или «прирожденными», «извечными» эстетическими «чувствами прекрасного», то интуицией, или «подсознательным», то «вдохновением избранных» и т. д.и т. п. Нетрудно заметить, что теоретическую основу подобных взглядов на происхождение искусства составляет философский идеализм, мистифицирующий общественную жизнь, отрывающий сознание от бытия.
Некоторые из буржуазных теоретиков ищут истоки искусства в животном мире. При этом они ссылаются на пение птиц, на их красочное оперение, на игры животных и т. п.
Эти идеалистические и метафизические теории дают превратное представление о происхождении искусства. Марксизма учит, что объяснение происхождения искусства нужно искать в самой общественной жизни. Искусство возникает из потребностей общественной жизни. Примитивное искусство народов, стоящих на низших ступенях культуры,— пляски, рисунки на стенах пещер, скульптурные изображения — является воспроизведением их трудовой деятельности. Например, в плясках австралийских женщин-туземок воспроизводится ловля опоссума, ловля раковин, собирание корней питательных растений, кормление ребенка и т. д.
Первобытные народы украшали свои пещеры рисунками, изображениями животных, на которых они охотились. Иногда стены этих пещер представляют собой своеобразные «картинные галереи». Пение первобытных народов также было связано с производственной деятельностью, сопровождало их работу. Здесь связь искусства с общественной производственной жизнью непосредственная, она очевидна, бесспорна. Искусство здесь лишь идеализированная форма общественной практики.
На более высоких ступенях общественного развития связь искусства с производством усложняется, перестает быть непосредственной. В классовом обществе непосредственное влияние на развитие искусства, на его характер оказывают экономический строй общества, политика, классовая борьба, а также различные идеологические формы: религия, мораль, наука, философия.
Понятие о прекрасном.
Как свидетельствует история, эстетические идеи, взгляды и вкусы людей, их представления о красивом и некрасивом более или менее значительно изменяются, развиваются в связи с изменением и развитием условий материальной жизни общества.
Великий представитель революционной демократической мысли в России Н. Г. Чернышевский отмечал, что представление о красивом и некрасивом может быть различным не только в различные исторические эпохи, но и в одну и ту же эпоху у разных сословий. Представление о прекрасном у дворянина-бездельника и поселянина-труженика различно. Дворянину худоба, томность, бледность липа девушки кажутся признаком красоты, изящества, а для крестьянина эти качества — признаки болезненности. ««Полувоздушная» красавица кажется поселянину решительно «невзрачною», даже производит на него неприятное впечатление». (Н.Г.Чернышевский, Эстетические отношения искусства к действительности, Госполитиздат, 1945, стр. 12).Его идеал девушки — румянец во всю щеку, загорелость лица, плотность телосложения как признаки здоровья, силы, необходимых для трудовой жизни. Различие представлений о прекрасном у разных общественных классов Н. Г. Чернышевский справедливо выводил из различных общественных условий жизни этих классов и, соответственно, из различия их психологии.
Эстетические идеи и взгляды людей изменяются от одной эпохи к другой в связи с изменением экономического базиса общества. Однако в подлинно великом реалистическом искусстве всегда содержатся непреходящие эстетические ценности, доставляющие художественное наслаждение людям различных эпох. Поэзия Пушкина и Лермонтова, музыка Глинки и Чайковского, живопись Сурикова, Репина, Рафаэля и Тициана доставляют и будут доставлять эстетическое наслаждение в течение многих веков.
В художественном творчестве, в художественном познании действительности, как и в научном познании, содержится объективная истина, жизненная правда. Искусство в своем поступательном развитии дает нам художественное воспроизведение общественной жизни. И чем глубже, полнее, гениальнее и прекраснее художественное воспроизведение исторического бытия в произведениях искусства, тем большее общественное значение они имеют, тем больше их познавательная роль и вызываемое ими художественное наслаждение и волнение, тем больше их действенность.
Разоблачая субъективно-идеалистический взгляд буржуазных философов на искусство, исторический материализм говорит об объективной основе прекрасного, отражаемого в образах реалистического искусства. Самым верным, объективно-правдивым художественным отражением действительности является советское искусство, искусство социалистического реализма, искусство великих прогрессивных идей и великой жизненной правды.
Особенности развития искусства.
Ход развития искусства, смена периодов его подъема, расцвета и упадка, представляет собой не случайное, а закономерное явление, В искусстве отражаются изменения условий материальной жизни общества, отражается борьба классов, вся материальная и духовная жизнь общества. Развитие искусства определяется в конечном счете развитием экономического базиса общества. Воздействие экономического базиса происходит и непосредственно и опосредованно — через политический строй, борьбу классов, через воздействие идеологии, в частности философских, эстетических теорий и взглядов.
Экономический базис общества нельзя отождествлять с уровнем развития производительных сил, как это делают вульгарные материалисты, представители так называемого «экономического материализма» и другие упрощенцы, механически сопоставляющие развитие искусства с уровнем экономического развития общества. Чем выше степень развития производства, говорят они, тем выше должна быть и ступень развития искусства. Исходя из этого, они средневековое феодальное искусство ставят «выше» классического искусства древней Греции, декадентское, разлагающееся искусство эпохи империализма считают «выше» искусства эпохи Возрождения. Это, конечно, вздор. Связь между периодами расцвета искусства и уровнем развития материального производства гораздо сложнее, чем представляют вульгарные социологи. Искусство развивается под воздействием классовой борьбы, всевозможных идеологических влияний — политических идей, философии, морали, религии и т. д.
Маркс пишет, что некоторые периоды расцвета искусства не находятся в соответствии с развитием материальных основ общества. В качестве примера он приводит древнегреческое искусство и Шекспира, сравнивая их с искусством «современных народов». «Относительно некоторых форм искусства, напр., эпоса,— пишет Маркс,— даже признано, что они в своей классической форме, составляющей эпоху в мировой истории, никогда не могут быть созданы, как только началось художественное производство как таковое; что, таким образом, в области самого искусства известные формы, имеющие крупное значение, возможны только на сравнительно низкой ступени художественного развития. Если это имеет место в области искусства в отношениях между различными его видами, то еще менее поразительно, что это обстоятельство имеет место в отношении всей области искусства к общему социальному развитию. Трудность заключается только в общей формулировке этих противоречий. Стоит лишь выделить каждое из них, и они уже объяснены. Возьмем, напр., отношение греческого искусства и затем Шекспира к современности. Известно, что греческая мифология составляла не только арсенал греческого искусства, но и его почву. Разве тот взгляд на природу и на общественные отношения, который лежит в основе греческой фантазии, а потому и греческого (искусства), возможен при наличии сельфакторов, железных дорог, локомотивов и электрического телеграфа?.. Всякая мифология преодолевает, подчиняет и формирует силы природы в воображении и при помощи воображения; она исчезает, следовательно, с действительным господством над этими силами природы». (К.Маркс и Ф.Энгельс, Соч. т. XII, ч. I, стр. 200-203).
Маркс отмечал прямую враждебность капиталистического производства некоторым отраслям духовного развития, искусству и поэзии. Эта враждебность капитализма искусству, поэзии вытекает из капиталистического разделения труда, уродующего и убивающего личность, из того, что при капитализме основным движущим мотивом деятельности людей является прибыль, деньги, страсть к накоплению ради накопления, наконец, из того, что при капитализме становится все продажным: совесть и честь, достоинство человека, любовь и дружба. Великие творения в области искусства, появившиеся в эпоху капитализма, вызваны к жизни отнюдь не преуспеянием буржуазии и даже не успехами техники и промышленности, как изображают дело вульгарные социологи, а более сложными причинами. Время наибольших успехов, достигнутых в некоторых областях искусства и литературы, падает на периоды острой борьбы народных масс против крепостничества, а затем и против капитализма, на периоды народного воодушевления в борьбе против социального гнета. Живопись Рафаэля и Тициана, Леонардо-да-Винчи и Микель-Анджело, великие творения Шекспира и Раблэ, Сервантеса и Гёте, Пушкина, Гоголя, Толстого были выражением протеста и борьбы против крепостничества, а также против власти денежного мешка, против хищнической буржуазии.
Вскрытая Марксом закономерность в развитии некоторых форм искусства ярко подтверждается развитием русского искусства. Тайна расцвета русской классической литературы и русского искусства в XIX в. заключалась в глубоких социально-экономических и политических противоречиях царской России. Русская литература и искусство XIX в. вызваны были потребностями развития страны, были призваны помочь разрешить назревшие социальные противоречия. Это относится не только к творчеству Пушкина, Гоголя, Лермонтова, Тургенева и Некрасова, но и Л. Н. Толстого. В. И. Ленин писал:
«Л. Н. Толстой выступил, как великий художник, еще при крепостном праве. В ряде гениальных произведений, которые он дал в течение своей более чем полувековой литературной деятельности, он рисовал преимущественно старую, дореволюционную Россию, оставшуюся и после 1861 года в полукрепостничестве, Россию деревенскую, Россию помещика и крестьянина. Рисуя эту полосу в исторической жизни России, Л. Толстой сумел поставить в своих работах столько великих вопросов, сумел подняться до такой художественной силы, что его произведения заняли одно из первых мест в мировой художественной литературе. Эпоха подготовки революции в одной из стран, придавленных крепостниками, выступила, благодаря гениальному освещению Толстого, как шаг вперед в художественном развитии всего человечества». (В.И.Ленин, Соч., т. 16, изд. 4, стр. 293).
Таким образом, при анализе развития искусства необходимо исходить, во первых, из природы данного общественного строя и его материальных, экономических основ, во-вторых, из своеобразия развития данного общественного строя у данного народа, из конкретных, исторически сложившихся условий жизни народа, в-третьих, из характера господствующего в данном обществе мировоззрения, идеологии.
Классовое содержание искусства.
В классовом обществе эстетические, художественные взгляды, как и другие идеологические формы, имеют классовый характер. В обществе, разделенном на враждующие, антагонистические классы, нет и не может быть искусства, стоящего над классами, вне классовой борьбы, как говорил Ленин: «Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя. Свобода буржуазного писателя, художника, актрисы есть лишь замаскированная (или лицемерно маскируемая) зависимость от денежного мешка, от подкупа, от содержания». (В.И.Ленин, Соч., т. 10, изд. 4, стр. 30).
Буржуазные теоретики искусства и социологи-идеалисты лгут, утверждая, будто искусство живет самостоятельной жизнью, независимой от общества, от политики. Такого искусства нет и никогда не было. Искусство всегда было и остается явлением общественным, ставящим и решающим определенные общественные задачи; в классовом обществе оно не может стоять вне классов, а служило и служит определенным политическим целям, т. е. классам. Даже в том случае, когда в классовом обществе возникает направление так называемого «чистого искусства», проповедь «искусства для искусства», и тогда искусство выполняет определенный классовый заказ — задачу отвлечения масс от политической борьбы в интересах эксплуататоров. Именно одну из таких задач ставит буржуазия в наше время перед своим искусством.
Против прогрессивного, демократического и социалистического искусства, против передовых писателей, артистов, художников буржуазия вела и ведет борьбу, преследует их. Судебный процесс над прогрессивными деятелями Голливуда, преследование Говарда Фаста, Чарли Чаплина, Поля Робсона и др. в США, преследование Пабло Неруды в Чили, Луи Арагона во Франции, преследование великого турецкого поэта Назым Хикмета — все эти и другие бесчисленные факты свидетельствуют о том, что реакционная буржуазия и ее государство выступают против передового искусства и его представителей и насаждают реакционное искусство.
Искусство служит идейным оружием в классовой борьбе. Ленин учил, что в противовес реакционной буржуазной, предпринимательской, торгашеской печати и литературе, в противовес буржуазному литературному карьеризму и индивидуализму, барскому анархизму и погоне за наживой для социалистического пролетариата литература должна являться частью обще-пролетарского дела, дела борьбы за социализм.
«Ленинизм исходит из того, что наша литература не может быть аполитичной, не может представлять собой «искусство для искусства», а призвана осуществлять важную передовую роль в общественной жизни. Отсюда исходит ленинский принцип партийности литературы — важнейший вклад В. И. Ленина в науку о литературе». (А.А.Жданов, Доклад о журналах «Звезда» и «Ленинград», Госполитиздат, 1946, стр. 26).
Партийность литературы — это прежде всего ее идейная направленность. Передовая, прогрессивная классическая русская литература проникнута великой, благородной идеей служения народу. Великие русские революционные демократы — В. Белинский, Н. Чернышевский, Н. Добролюбов видели высшее назначение искусства в том, что оно должно давать правильное познание жизни и ответы на самые острые и волнующие вопросы современности, оно должно выносить моральный приговор, быть проводником передовых идей, служить народу, помогать его движению вперед. Эти передовые традиции великих революционных демократов и русской классической литературы унаследовала советская литература, самая идейная и передовая литература в мире.
Далее Ленинский анализ классового характера искусства.

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.